Техника - молодёжи 1991-10, страница 60

Техника - молодёжи 1991-10, страница 60

— Вот и прозябайте, — как-то чрезмерно проницательно усмехнулась она. — Но только без меня. Я еще покажу, всем покажу, на что способен человек с головой. Я знаю, что делать.

И ушла в темноту.

После развода с Курабье в жизни красивой Алины произошла странная метаморфоза. Пока под боком был нелюбимый, но уютный муж, телефоны красавицы — как рабочие, так и домашний, — кажется, багровели от нагрузки. Многочисленные поклонники пытались назначить свидание, поджидали ее в самых неожиданных местах. Мясник из соседнего гастронома, завидев Алину в очереди, делал ей значительное лицо, и она шла в подсобку, где галантный работник прилавка выдавал ей грудинку, лопатку или даже филейную часть. При этом он, кося огненным взглядом, намекал, что при более тесной дружбе те же части коровьего тела буду! доставаться прекрасной женщине бесплатно. Алина мясо брала, но деньги всегда оставляла.

И вот после развода, когда свободная женшина решила разобрался в своей личной жизни и отделить агнцев от козлищ, оказалось, что разбираться-то почти не в чем. И агнцы, и козлища, напуганные Алининой свободой, повернулись к ней своими филейными частями и принялись надменно жевать свою жвачку. Первый и Второй Голоса остались исключительно благодаря ее инициативе. Постоянным оказался лишь мясник, которого, кажется, вообще ничего не интересовало по причине злоупотребления спиртными напитками, д.! еще инженер Коля Попеко, который был человеком молодым, восторженным и благородным. Оказавшись в вакууме, Алина иногда со светлой печалью вспоминала оставленного супруга, в глубине души рассматривая его как возможность вернуться в заранее выкопанный, сухой и обжитой окоп. Но вернуться туда можно было, только использовав все новые возможности, попробовав себя на многих поприщах, где нужна свобода, и чтобы примитивный домашний Курабье не виснул ядром на ноге. В часгности, то предприятие, которое Алина задумала теперь, предполагало полную независимость.

— Итак, вперед! — сказала себе Алина после знаменательного похода на берег Гулькина озера. Она собрала исписанные за ночь многочисленные бумажки, вытряхнула в мусорное ведро содержимое пепельницы-розвальней и поспешила в исполком, где вел прием Первый Голос, настоящее имя которого по известным причинам мы открывать не станем.

Увидев посетительницу, Первый Голос сделался похож на храброго зайца:

— Я же просил вас, Алина Трофимовна, чтобы на работу ко мне вы...

— Уж не думаете ли вы, — насмешливо прервала его Алина, — не думаете ли вы, что я пришла сюда выяснять отношения? Хотя стоило бы,—добавила она чуть тише.

— Ну что же, — Первый Голос старался держаться подчеркнуто официально. — Прошу садиться.

— А вот за это — спасибочки большое, — насмешливо произнесла Алина, уселась нога за ногу, вытащила из сумочки свои записки и сигарету. Первый Голос поморщился, но прикурить Алине дал.

— Воспитанный мужчина, — не удержалась она.

— Я слушаю вас, — неласково сказал Первый.

— Вот мои записи, — она положила на стол листочки. — Я работала над этим целую ночь.

И пока Первый пытался разобраться в ее каракулях, Алина, буквально истекая ядом, говорила о том, что никогда не делала ставки на мужскую любовь, и у нее есть в жизни еще кое-какие интересы, и она еще покажет им всем...

Первый Голос, рдея ушами, подчеркнуто внимательно читал предложенные записи.

— Ничего не понимаю, — признался он, поднимая наконец глаза. — Бред какой-то.

И тогда Алина, коротко взмахивая рукой с зажатой между средним и безымянным пальцами сигаретой, рассказала о том, что ей стало известно.

— Эклога давно здесь. Весь третий этаж исполкома рабо

тает на нее. Об этом знает пока только один человек — этот человек перед вами. И если вы не хотите бунта бессмысленного и беспощадного (или жестокого, как там у классика?), посвятите меня в это дело, и я помогу вам.

Первый Голос подумал немного.

— А кто будет, извините, бунтовать?

— Найдутся люди, — загадочно ответила посетительница.

— А какие услуги вы хотите предложить?

— Ну, во-первых, почему бы вам не включить меня в одну из комиссий по Эклоге?

— Штаты укомплектованы.

— Вот, значит, как, —Алина выпрямилась в кресле, но Первый Голос почти не испугался, и она переменила тон.

— Если бы вы внимательно почитали мои записи, то заметили бы, что главное мое предложение заключается в другом. Я надеюсь, что вы хоть в какой-то мере патриот Гулькина Озера, и, как патриот, должны понимать, — наш город не известен пока мировой общественности. Однако если его имя прогремит, кроме законной гордости, мы сможем извлечь вполне реальную материальную выгоду. Прославиться только тем, что мы первыми использовали биоочиститель? Слава сомнительная и быстропроходящая. А вот если...

— Если? — неожиданно заинтересовался Первый.

— Если в городе появится праздник, связанный с Эклогой, то у города автоматически возникнет свое лицо. Почему бы нам не возродить старинную легенду, сказку, если хотите? В озере живет чудище, которому ежегодно отдают в жены самую красивую женщину в городе. Каждый год—дикий наплыв туристов, развивается система гостиниц, общественного питания, транспорт, народные промыслы...

— Нью-Васюки, — перебил Первый, — только какие-то кровавые.

— Что же кровавого? — возмутилась Алина. — Не сожрет же чудовище эту женщину, а возьмет в жены!

— Подождите, подождите. В жены! А как это осуществить технически?

— Вы циник, — обиделась почему-то Алина. — Не надо все доводить до абсурда. Акт бракосочетания будет чисто символическим. Избранницу в венке из белых лилий приковывают к скале. Она облачена в белое легкое платье, выкройку платья я прилагаю. В заранее оговоренное время озеро вспучится...

— Минуточку! Как это оно вспучится? Откуда Эклога узнает, что пришло ее время? И как она поступит с прикованной барышней? Я что-то не понимаю.

— Вы вообще многого не понимаете, — уязвила Алина. — Конечно, Эклогу нужно будет выдрессировать. Она должна реагировать на какой-то звук, например, звук тромбона...

— Почему именно тромбона?

— О господи! Ну, валторны, какая разница?

— Разницы никакой, так как у Эклоги вообще отсутствует орган слуха.

Алина слегка растерялась.

— Ну, не звук. Какой-нибудь другой сигнал... световой, например.

— Хорошо. Предположим, Эклога появится, а как же с барышней?

— Детали обговорим в процессе.

Первый Голос задумался, пожевал скрепку, потер переносицу и наконец решился:

— Нет!

— Что —нет?

— Все —нет. Во-первых, неизвестно еще, какого пола особь нам выделена. А если это дама? Юношу, что ли, в венке приковывать?

— Поменяете на самца, — не уступала Алина.

— Кроме того, думаю, нашу затею не поддержит общество защиты животных. И вообразите, наконец, чувства, которые должна испытывать прикованная к скале барышня. Даже если вокруг поставить пожарных с брандспойтами, риск слишком велик. Кто на такое согласится?

— Я, —тихо, но твердо сказала Алина.—Я соглашусь. Я стану первой в истории Гулькина Озера невестой Эклоги.

58

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?