Техника - молодёжи 1999-09, страница 8




Техника - молодёжи 1999-09, страница 8

КОСМИЧЕСКИЙ ДИЗАЙН

Лев

МЕЛЬНИКОВ

гн

НА ЦВЕТНОМ КСИЛОФОНЕ

«Цветной ксилофон»"— имеющиеся в Я работал в 1-м отделе ОКБ, ма- нечто очень яркое, оптимистичное. На-

«Цветной ксилофон^— имеющиеся распоряжении художника выразительные средства (краски, графика, композиция). А «лунная соната» сейчас последует...

Первый, мажорный, аккорд: в 1968 г советский космический корабль раньше «АроНо-8» должен был облететь Луну и, не садясь на нее, вернуться на Землю.

ЧАСТЬ I. С ЧЕЛОВЕКОМ НА БОРТУ

После института я, в должности старшего инженера, работал в космическом НИИ медицинского профиля над перспективами пилотируемых полетов. Вел НИР, то есть научно-исследовательскую работу, по организации психологического климата и средств психологической поддержки космонавтов

Этим я занимался с 1966 г., а осенью 1968-го меня откомандировали в ОКБ-52, возглавлявшееся В.Н. Чело-меем. Организовал командировку военпред нашего НИИ Виктор Чащин. Хороший был мужик, доброжелательный, опекал меня как молодого специалиста. Он и предложил мне поработать 2-3 месяца в ОКБ, поучаствовать в лунном проекте.

Надлежало определить цветовую схему интерьера лунного корабля, на котором один космонавт должен был облететь Луну (у Королева предполагались два человека, но тоже без высадки).

Работа, как водится, велась в условиях секретности, что, впрочем, придавало ей особый шарм. Вообще, сотрудники этой отрасли весьма гордились Своим особым положением и своей засекреченностью.

НЕУДАЧНЫЙ ПРОЕКТ ИНТЕРЬЕРА. До сих пор остается загадкой: почему, собственно, поручили мне эту задачу — оформлять рабочий и бытовой отсеки космического корабля. Может быть, дело вот в чем.

На фирме Челомея были свои дизайнеры. Мне даже показали их творение — кабину, выполненную в странной для этих условий — слишком уж темной, мрачной — гамме серо-фиолетовых тонов. Решение было, безусловно, изысканным (работали профессионалы), но абсолютно неподходящим для условий космического полета. Я не помню уже, видел я этот проект ДО или ПОСЛЕ того, как завершил свой вариант окраски. Но ясно, что предложение художников ОКБ-52 забраковали, поэтому, наверное, и обратились в наше НИИ за творческой помощью.

работал в 1-м отделе териалы получал и сдавал под распйс-ку. Исходными для меня были синьки с чертежами рабочего и бытового отсеков космического корабля, который мне «представили» как К-7. Этим условным обозначением я и продолжу его именовать.

Инженерная часть была полностью определена, что задавало для дизайнерского решения очень жесткие рамки. Ничего передвигать, добавлять не позволялось, поскольку компоновка считалась законченной. Оставалось выбрать цветовую схему для уже готового инженерного решения.

Яркие, оптимистичные цвета рабочего отсека должны были способствовать успешному решению задач полета.

В процессе работы в серых таинственных корпусах ОКБ-52 приходилось делать наброски и предварительные записи. Над ними я трудился и дома. Черновики сохранились в моем архиве, поэтому в дальнейшем буду опираться на эти записи и на то, что осталось в памяти.

СОЛНЕЧНАЯ ГАММА ДЛЯ ЛУННОГО ИНТЕРЬЕРА. Любому художнику и психологу известно, что холодная часть спектра при длительном восприятии угнетает психику. Поэтому выбор челоме-евскими дизайнерами мрачных тонов, может быть, и оправданный в каких-то случаях в условиях Земли, для Космоса оказался исключительно неудачным.

Я исходил из прямо противоположного принципа выбора окраски. Полет до Луны и обратно продлится 7 дней. Космонавт будет находиться в кабине, в условиях сенсорной изоляции и монотонного окружения. Противопоставить этим стресс-факторам можно только

яркое, <

прашивались светлые, теплые тона, помимо прочего, увеличивающие освещенность помещения, улучшавшие условия зрительной работы.

Деталей в интерьере было много, вот только некоторые: панель управления, кресло космонавта, стены, «пол» и «потолок» (условные, но об этом ниже), иллюминаторы, оборудование, колодец для хранения скафандра, комбинезоны, люк, занавески, рычаги управления, светящиеся индикаторы и телеэкраны, несветящиеся шкалы приборов, ремни и крепления... Увязать их в единую зрительную систему представлялось довольно проблематичным.

РО «К-7», КАК Я ЕГО ВИДЕЛ. РО — это рабочий отсек. Исходя из положений инженерной психологии, занимающейся оптимизацией условий зрительной работы оператора, требовалось определиться с соотношением «фигура — фон». Объектом зрительного восприятия являлся пульт управления с находящимися на нем приборами, шкалами и индикаторами. Все же остальное, то есть часть стен и «потолка», попадавшая в поле зрения космонавта-оператора, было фоном. Традиционно пульты управления делались серыми, поскольку на этом фоне лучше видны сами приборы.

Единственное, что я внес нового, — придал этому серому цвету теплый оттенок тогда как обычно здесь используется так называемая молотковая эмаль — краска холодного тона.

Наиболее интересным представлялся выбор общего эмоционально-психологического климата помещения. Здесь цвет работал по максимуму, и заменить его воздействие было нечем — еще Гёте говорил: «все живое стремится к цвету», подчеркивая этим его жизнестроительную роль. Когда космонавту предстоит остаться в изоляции, один на один с немигающими световыми точками звезд в черной бездне Космоса, приходится очень серьезно подумать обо всем, что будет окружать его в кабине. Интерьер отсека — единственная моральная и эмоциональная опора в полете (не считая, конечно, радиопереговоров, которые, однако, при полете к Луне будут возможны не всегда: корабль заходит в радиотень Земли)

ТЕХНИКА-МОЛОДЕЖИ 9 99

6



Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?