Юный техник 1964-02, страница 10

Юный техник 1964-02, страница 10

Земля стонала и гудела, как огромный колокол. А мы будто внутри этого Царь-колокола, по которому разом бьют тысячи молотов. Все сотрясалось и рушилось вокруг. Небо черное от стервятников. Столько самолетов враг не бросал за всю великую битву. Устрашающий лязг гусениц и сплошной рев моторов. Бронированный таран фашистов устремился на Тракторный район. Триста танков!

Едва осела земля после бомбежки, как на нас ринулась сотня танков. Они прорывались на площадь Дзержинского перед Тракторным заводом с трех сторон: слева — по проспекту Ленина, прямо — по улицам Ополченской и Дзержинской, справа — от Мечетки. За танками перебегали большие группы автоматчиков.

Левофланговое орудие, где был заряжающим Ваня Федоров, первым открыло огонь. От меткого попадания в башню танка в ней со страшной силой разорвались снаряды, затем повалил густой черный дым. Танк позади пробовал увильнуть в дымовой завесе, но ему орудие Вани Федорова продырявило бок.

Восемь танков остались чернеть на площади. Фашисты откатились и снова с удвоенной яростью принялись бомбить нас. Воронка на воронке! Позади от завода сплошное железобетонное месиво. Казалось, все искромсано и путь фашистам открыт до Волги. Но каждый раз мы неожиданно для них оживали.

Семь фашистских танков уничтожено, но нас уже мало. Из всей батареи лишь два орудия ведут огонь: Ванино у сквера и мое в центре площади; здесь же комиссар Филимонов и несколько бронебойщиков с ружьями ПТР,

Фашисты обожглись и действуют осторожно. Фашистские танки расползлись за развалины домов, ведут огонь из укрытий. Автоматчики рассыпались по обе стороны улицы, залегли. Патронов не жалеют, шквал пуль молотит по щитам наших орудий — головы не поднять.

К орудию Вани прорвалась группа автоматчиков, окружила. Трое, и среди иих Ваня, отбиваются гранатами. Нас тоже окружили. Осмелев, выползли танки. Силы неравны. Фашисты расстреливают нас в упор.

С лязгом приближаются танки... Ваня один из своего расчета каким-то чудом живой! Левая рука у него перебита, повисла плетью. Привалившись к ровику, он бросил гранату, и в ту же секунду рядом разорвался снаряд. Ване оторвало кисть здоровой руки. Вот он, вражеский танк с черным крестом в желтой окантовке. Все ближе, ближе. И тогда...

Над вздыбленной горящей землею поднялся мальчишка. От маленькой истерзанной фигурки веяло необыкновенной силой. Рук нет, но есть зубы! Помогая окровавленным обрубком руки, он сжал зубами ручку тяжелой противотанковой гранаты. Очередь из пулемета прошила ему ногу, Ваня упал. Фашист-механик был уверен, что мальчишка убит. А ои, упав, продолжал ползти наперерез танку.

Все произошло в какую-нибудь секунду-две... Такая ярость обуяла нас, что гранатами и автоматами мы разорвали кольцо фашистов. Я бросился к моему комсомольчонку, но комиссар Филимонов схватил меня и толкнул к орудию: надо было заменить рухнувшего на землю наводчика. Сам Филимонов тоже заменил убитого бронебойщика у ружья ПТР. Мне удалось подбить танк, который шел на нас, и я стал крутить рукоятку, поворачивая ствол влево на танк, к которому полз Ваня... И в этот момент рванул взрыв. Грохочущая громада замерла на месте.

Так погиб Ваня Федоров, парнишка с колючими, не по-юношески суровыми глазами. В ту пору ему шел пятнадцатый. Он был комсомольцем только один день.

Есть памятники героям в бронзе, мраморе и граните. Но еще больше героев, память о которых высечена в сердце.

Алексей ОЧНИИ. бывший номандир „57 бессмертных" Рис. И. ВОРОБЬЕВА

8

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?