Вокруг света 1963-10, страница 24

Вокруг света 1963-10, страница 24

д карта

Глава из автобиографической повести «На медленном огне*

КОНСТАНТИН ПАУСТОВСКИЙ

Н географическими картами в моей жизни связано несколько более или менее интересных историй. Одну из них я расскажу.

Это история о карте Атлантического океана, о близнецах, о моей рассеянности и провинциальном французском городке в Провансе.

История эта началась давно, в 1957 году, когда я впервыэ попал в Париж и испытал на берегах Сены около лавок букинистов жестокое огорчение.

Почти у каждого букиниста были выставлены заманчивые карты, слабо подкрашенные акварелью и выгоревшие от старости. Легкий ветерок дул вдоль Сены, колыхал эти карты, и они напоминали затвердевшие флаги, вышедшие из употребления и развешанные для просушки на теплой гранитной набережной

Я долго рассматривал карты, но не мог купить ни одной. У меня к тому времени иссякли скудные запасы франков В кармане жидко постукивали ничтожные и невесомые сантимы. Они были такими легкими, как будто их делали из швейцарского сыра.

О крупных купюрах—нарядных трескучих ассигнациях из тонкой бумаги с романтическим портретом молодого Бонапарта на Ар-

кольском мосту — осталась только приятная память. Так же, как и о бородатом и вызывающем боязливое почтение Викторе Гюго на пятифранковых бумажках.

В общем я не мог купить ни одной карты. Свою досаду по этому поводу я высказал в очерке «Мимолетный Париж», напечатанном вскоре в Москве. Отсюда и начала разматываться нить дальнейшей истории.

В то время в Париже в Сорбонне учился на славянском отделении студент француз, некто Имар, родом из города Монтобана на юге Франции.

Имар изучал русский язык. Он познакомился с русской девушкой-москвичкой, присланной в Сорбонну для усовершенствования во французском я?ыке, и вскоре они поженились.

Окончив Сорбонну, Имар уехал с молодой женой учительствовать в Монтобан. Он случайно прочел там в номере журнала «Октябрь» «Мимолетный Париж», проникся состраданием ко мне. купил в Париже на набережной Сены старую карту и прислал мне в подарок в Тарусу.

Карта была вложена в толстую картонную трубку со множеством наклеенных на нее французских марок. Такое обилие заграничных

марок вызвало большое оживление среди неизбалованных тарус-ских филателистов

В письме, сопровождавшем посылку, Имар сообщал мне, что недавно переехал из Монтобана в

Рисунки в. ЧЕРНЕЦОВА

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?