Вокруг света 1969-03, страница 21

Вокруг света 1969-03, страница 21

дали имя святого: Сан-Фернандо, Сан-Хосе, Сан-Себастьян, Сан-Лоренцо, Санта-Крус и, наконец, Сан-Фелипе — самый знаменитый, самый грандиозный форт из всех когда-либо построенных испанцами в Латинской Америке.

Сто лет строилось это чудо фортификационного искусства, даже в наш век заставившее бы побледнеть от зависти создателей линии Мажино. Сан-Фелипе высится над городом на небольшом холме, напоминая египетскую пирамиду; подобно же граням пирамид его неприступные стены слегка наклонены. Вражеские ядра рикошетом отскакивали от них, не причиняя разрушений форту. Мощные пушки форта держали под контролем все подступы к городу с моря и суши. В круглых смотровых башенках, увенчивающих крепость, днем и ночью, год за годом, век за веком стояли дозорные в ожидании врага. В подземных казематах хранились запасы продовольствия, рассчитанные на долгие недели и месяцы осады, вроде той, которая была предпринята корсаром Эдвардом Верноном и которую Картахена выдержала только благодаря Сан-Фелипе.

Если в шестнадцатом веке Дрейк легко овладел городом, располагая двадцатью судами и тысячей тремястами солдатами, то в восемнадцатом веке Верной потерпел здесь поражение, хотя у него было двадцать семь тысяч солдат и двести кораблей.

Руководил обороной Картахены в те дни старый вояка Блаз де Лезо, который, как говорили картахенцы, стоил десяти генералов! У него не хватало глаза, руки и ноги, растерянных на многочисленных полях сражений. «То ли еще было бы, будь у него анатомия в полном порядке», — говаривали картахенцы,

С тех времен Сан-Фелипе не изменился. Все осталось, как было: длинные галереи и ходы, пронизывающие толщу форта, скользкие ступени, уходящие вниз, во мрак... Как трудно было ковылять по ним бедняге Блаз де Лезо!.. До наших дней не сохранились планы и чертежи запутанных тайников и камер, где держали пленных и заложников, а быть может, их вообще никогда не

2*

было, и потому в Картахене говорят, что есть здесь ходы, никому еще не ведомые, уходящие куда-то в глубь города.

Спускаясь по лестнице, я погружался во влажное царство камня и мрака, и вспомнились мне легенды о кладах, замурованных здесь в последние безнадежные часы тяжких осад. Изредка в поисках этих утерянных сокровищ шарят по подземельям Сан-Фелипе пришлые авантюристы. И говорят, однажды один из кладов был действительно найден... Кто посмеет после этого упрекнуть меня за то, что, бродя по ходам Сан-Фе-липе, я поддался всеобщей для здешних мест слабости и начал постукивать время от времени по влажным стенам: вдруг вместо глухого отклика каменной толщи послышится звонкое эхо пустоты?!

Но старый форт уберег от меня свои тайны. Сегодня он хочет покоя от шумных баталий, от яростных нескончаемых штурмов, от остервенелых ядер, отскакивавших, как мячики, от его стен, от крови и порохового дыма, веками заслонявшего солнце, и от мирской суеты.

Выбоина на стене... Может быть, это след ядра, посланного армадой Вернона?.. Старая пушка... И под ней видятся не потеки ржавчины, а пятна крови безымянных сподвижников Блаз де Лезо... Я свернул за угол. Тихо скрипит дверь на ржавых петлях... Там, внутри, лавка прохладительных напитков с ящиками кока-колы. Там убивают легенду.

Картахена, старая Картахена! Ты была крепостью, недоступной для врага, от твоих причалов уходили раз в несколько месяцев торговые караваны с серебром Потоси и Пуны, изумрудами из Кордильер Новой Гранады, корицей, медью и оловом. Но настали другие времена, и ты, Картахена, превратилась в сонный провинциальный город, неумело и ненадолго, лишь пару раз в год, оживающий во время прихода кораблей из Испании.

Но вновь ярко вспыхнула твоя звезда. То был 1810 год; почти одновременно в разных точках континента поднялось восстание против испанской короны : началась война за независимость. И в этой войне тебе, Картахена, была уготована завидная роль опорного лагеря,

из которого выступил в свой поход свободы легендарный Боливар. Правда, пока Боливар сражался на иных фронтах, испанцам удалось отвоевать Картахену. Они захватили ее после почти четырехмесячной осады, когда голод и эпидемии сломили патриотов; на улицах гнили трупы, которые не было сил убирать. Были съедены все собаки, кошки и крысы. Только от голода умерло девять тысяч человек. И когда в конце концов испанский генерал Пабло Мо-рильо вступил в захваченную, но не покорившуюся Картахену, он едва не задохнулся от трупного яда.

После этого город принес еще одну скорбную дань: испанцы учинили страшную резню, уничтожив сотни защитников города.

А в 1821 году войска Боливара вновь подступили к стенам Картахены. Это была последняя и самая долгая осада в истории города: она длилась четырнадцать месяцев. Испанцы сопротивлялись отчаянно. Но 10 октября испанский губернатор сдался Освободителю, как звали тогда и зовут сейчас Боливара, и на башнях Сан-Фе-липе взвился трехцветный флаг Великой Колумбии... И это была последняя вспышка славы в истории Картахены.

Сквозь узкие бойницы форта видна нынешняя Картахена-де-Индиас. Слева вдали на длинном мысу — район отелей и вилл, утопающих в кудрявой пене пальм, правее — залив, плотно уставленный баркасами с серыми латаными парусами... Еще правее — обнесенная крепостной стеной Старая Картахена. От холма, на котором находится Сан-Фелипе, она отделена заливом. Почти у подножия форта на самом берегу и на воде залива — сотни лачуг, хижин, хибар и бараков. Они стоят на тонких столбиках, воткнувшихся в черную грязь. Фа-вела... С убожеством тряпок, развешанных на грязных веревках. С нестерпимой вонью, подымающейся от отравленной отбросами воды. С рахитичными детишками, с беременными мулатками, несущими на голове громадные жестяные банки с водой и узлы со стираным бельем.

Под толстой желтой башней с часами спичечным прямоугольником лежит площадь

19

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?