Вокруг света 1970-11, страница 20

Вокруг света 1970-11, страница 20

хоньчин, что означает эта профессия? Животновод, ветеринар, стригаль... Да, радио у меня давно, премировало правление госхоза за высокий настриг шерсти. Какие передачи нравятся больше? Музыка и... хорошая сводка погоды!

Смеемся.

Двое сыновей хозяина учатся в столичном университете: один — на зоотехника, второй — на врача. Каникулы проводят у отца — вон их книги. Подхожу к полке. Монгольские названия и вдруг неожиданно... Стендаль, «Красное и черное», по-французски, издано в Улан-Баторе.

— Это дочка, младшая у меня. Будет учительницей в Далан-Дзадагаде.

охота на динозавров

Далан-Дзадагад, семнадцать часов езды на «газике», столица монгольского Гоби. С балкона гостиничного номера я смотрю на аллею деревьев, которую с двух сторон обтекает центральная улица. Аллея из кряжистых, издерганных дыханием пустыни деревьев. Что стоило вырастить их здесь!

Трещат мотоциклы «Ява», на которых уверенной кавалерийской посадкой, подвернув полы дэли, восседают бригадиры — они съехались в город по своим кооперативным делам. Можно ли назвать ее пустыней, Гоби? Миллион голов скота, передвижные автолавки, более двух десятков поселков... Жизнь. Но цепочка верблюдов, уходящих на юг, где за последним рядом домов виднеются первые дюны, свидетельствует — да, пустыня.

70 миллионов лет назад Гоби была болотистым краем, где, круша папоротники, бродили динозавры. Охота на них продолжается и поныне. Скелет мастодонта, который я видел в музее в Улан-Баторе, был выкопан здесь, в песках Гоби. Точно так же, как скелеты его кузенов, украшающие ныне экспозиции музеев Москвы, Ленинграда и Нью-Йорка. Россыпь окаменелых яиц динозавров лежит за толстым стеклом. Эта мера предосторожности, мне сказали, принята после того, как один американский турист положил пару яиц в сумку...

Динозавры поступили разумно, вымерев. Им было бы сейчас неуютно среди песков. Зато другие доисторические создания — предки современной лошади — сохранились. Именно здесь, в Гоби, бродит несколько табунов их общей численностью в сорок голов. Охота на них в отличие от «охоты» на динозавров строжайше запрещена правительственным декретом.

Делан-Дзадагад, столица Гоби. Бетонные многоэтажки, на которых бы не задержался взгляд ни в одном другом месте. Но здесь? Техникум, средняя школа, больница, Дом культуры с кинозалом, кожевенная фабрика, молокозавод, магазины, типография, своя газета. С почтением гляжу на пиво в витрине магазина: оно проделало 600-километровый путь, прежде чем попасть на полку.

Следующее утро застает меня в Хугарте. Мимо окна на первом этаже гостиницы (она же дом отдыха при водолечебнице — здесь бьют горячие ключи) проплывают двое мальчишек в школьных куртках и девочка в черном форменном переднике. Я глянул им вслед — маленькие кавалеристы съезжались к кирпичному зданию школы. Тихое школьное утро в пустыне Гоби.

комбайн и черепаха

Сюда в XIII веке приезжал вручать свои верительные грамоты посол короля Франции. Здесь день и ночь бил из четырех рожков фонтан. Придворный этикет не позволял здесь появляться больше одного раза в одном и том же одеянии. Здесь восседал правитель самой большой империи, которую знал мир. Здесь был ее центр: Каракорум, столица Чингисхана.

Столица, от которой осталось лишь немного черепицы да вырубленная из гранитного монолита черепаха, чья свирепая морда уже никого не пугает. Остался лишь рубец на древе истории, который получил наименование «монгольское нашествие». Внешне факты выстраиваются в четкую картину.

Один из монгольских князей по имени Чингисхан сумел объединить под своей десницей кочевые племена и бросить их, в общей сложности около трех миллионов человек, на завоевание тогдашнего мира. Этот поход закончился через тринадцать лет после смерти самого Чингисхана. Его наследники контролировали к этому времени империю, начинавшуюся у Тихого океана, включавшую всю Центральную Азию (в том числе Китай) и доходившую до Адриатики.

Империя, созданная страхом, была обречена. Как были обречены все они, созданные до и после Чингисхана. Более того, за сравнительно короткий исторический период кровавые походы хана задержали не только развитие соседних стран, но в конечном итоге опустошили и обеднили его собственную страну. Это не мешает, правда, кое-кому поднимать его имя на щит в качестве примера для подражания.

Многое может вызвать в памяти каракорум-ская черепаха, чья свирепая морда уже никого не страшит. О многом напоминает. О том, что человеческий гений, направленный на завоевания, оставляет грустное в своей бессмыслице зрелище. Такое, как вот эта черепаха посреди пустой степи...

Хотя нет, не пустой. Из низины до меня доносится характерный стук комбайна. Стрекоча, машины идут фронтом в десяток километров шириной. На этих землях был заложен в 1956 году госхоз. Сейчас им освоено 232 тысячи гектаров.

Земледелие — новинка в стране скотоводов; прежде догмы ламаизма запрещали трогать поверхность земли. За довольно короткий срок Монголия стала полностью обеспечивать себя хлебом и теперь экспортирует его. Еще одна новинка в монгольских степях: плантации огурцов, помидоров, капусты, лука, картофеля.

В правлении госхоза меня угощают салатом, и телефонистка, взявшая на себя функции хозяйки, украдкой смотрит — как впечатление? Я чмокаю — вкусно. Хозяева довольны. Скотоводы привыкают к вкусу овощей. Основным традиционным продуктам питания — мясу и молоку — придется потесниться на столе арата.

Благодарю хозяев. Прощаюсь. Время пускаться в обратную дорогу. Мы договорились встретиться в Улан-Баторе с профессором Ринченом. Только наш разговор на этот раз будет не об истории, а о завтрашнем дне.

Перевел с французского М. СЫНЕВИН

2 «Вокруг света» № 11

17

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?