Вокруг света 1981-11, страница 19

Вокруг света 1981-11, страница 19

этой высоте и появилась маленькая станция Комсомольская. Самолет готовили для полета на эту станцию, расположенную в стороне Южного полюса.

Прогноз погоды, который дал синоптик Леонид Жданов, был ниже среднего, так себе. Но лететь все-таки надо было. И вот Осипов ходил сейчас, всматриваясь в серенький недалекий горизонт, в темные размытые тучи, которые громоздились со стороны моря, и пытался угадать, что же будет с погодой через много часов, когда его самолет вернется с Комсомольской, сможет ли он снова сесть здесь: другого аэродрома не было поблизости на тысячи километров.

Самый заводной и пижонистый из всех — флагштурман авиаотряда Юра Робинсон, которому тоже предстояло лететь, продолжал развивать свою мысль:

— Да, ребята, а ведь Труба вот-вот выйдет из Ленинграда, и тогда — начнет считать мили...

«Трубой» в полярных экспедициях называют любое долгожданное судно.

Экипаж и механики молчали, доброжелательно улыбаясь. Все думали примерно об одном и том же: «Зимовка кончается, и, как ни удивительно, они прожили здесь — с тех пор, как ушла последняя Труба,— почти триста дней. И триста ночей. За это время было так много всякого... И теперь с месяц судно будет идти через Атлантический, а потом Индийский океаны, и, наконец, наступит день, когда мы все поднимемся на его борт».

В то раннее утро рядом с летчиками, готовившимися к полету на Комсомольскую, топтались еще три «пассажира», среди которых был и я. Мы должны были лететь этим самолетом и остаться на Комсомольской.

Ни у кого из тех, кто собирался до-

возмутимое спокойствие в сложных летных ситуациях командира авиационного отряда экспедиции, известного полярного летчика, Героя Социалистического Труда Бориса Семеновича Осипо-ва.

Но экипаж знал своего командира, чувствовали его настроение и механики, а потому, не обращая внимания на его слова, продолжали прогревать моторы.

Борис Семенович действительно думал. Надо было лететь на Купол, то есть в центральную часть огромной, диаметром почти в пять тысяч километров, лепешки льда,— Ли-2 пока стоял на внешнем и самом тонком краю ее. На станции Мирный. Значит, надо было лететь за тысячу километров, почти на предел, куда может добраться загруженный самолет с аварийным запасом горючего. Но в центральной части Антарктиды толщина этой гигантской ледяной лепешки достигала почти четырех тысяч метров — именно на

2 «Вокруг света» № 11

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?