Вокруг света 1982-08, страница 57

Вокруг света 1982-08, страница 57

нится дневник Христофора Колумба?! Но директор музея твердо и безоговорочно заявляет: нет, это мистификация. Наивная, но по-своему выдающаяся! Безымянный автор, по всей видимости, хотел помучить читателей, заставив их ломать голову в досужих догадках, а потому и придал своей книге личину подлинности.

Чтобы уверить всех в «величайших

Отдельные страницы «Дневника» Христофора Колумба, который хранится в краеведческом музее города Карго-

бедствиях», которые выпали на долю «Дневника», автор даже «отправил» его на морское дно. То есть, попросту говоря, с помощью клея и специального раствора создал иллюзию, будто книга пролежала там целую вечность. Пожелтевшая пергаментная обложка и многие страницы обросли бурыми комочками песка и ракушечника, кое-где видны следы окаменевших водорослей, коры деревьев и морских моллюсков.

«Дневник» начинается 3 августа

1492 года, а заканчивается 14 февраля

1493 года, то есть спустя четыре месяца после открытия Америки. Скрывший свое имя аноним был, безусловно, неплохо осведомлен о плавании Колумба к неведомым берегам — это видно хотя бы по тем картам, что иллюстрируют «Дневник».

Вообще иллюстрации на полях книги заслуживают особого разговора. Витиеватые узоры, плоды диковинные, птицы райские, пышная королевская геральдика окружают готические буквицы, выполненные с великим тщанием. Лица бравых колум-бовских матросов отличаются яркой индивидуальностью, мастерской прорисовкой деталей — они словно сошли со страниц стивенсоновского «Острова сокровищ», хотя нарисованы, по крайней мере, на целых сто лет раньше.

Иллюстрации весьма точно сопровождают описание действительных событий: извержение вулкана на острове Гомера, тонкий росчерк падающей кометы, которую наблюдали спутники Колумба; бунт на корабле «Санта-Мария» и последовавшая вслед за ним расправа с недовольными; первая встреча с воинственными аборигенами. И через каждые две-три страницы следуют карты прибрежной акватории Европы, Африки, островов Карибского моря.

- Прежде чем попасть в музей,— продолжает рассказ Владимир Дмитриевич Шевелев,— книга побывала во многих руках. И как мне кажется, каждый владелец внес посильную лепту, чтобы внушить читателю мысль, что перед ним подлинная древность. Отсюда множество несуразностей в ее внешнем облике, которые сразу же бросаются в глаза. Например, на титуле книги кто-то довольно неуклюже вмонтировал текст, будто это издание отпечатано в типографии некоего Феликса Багеля в Дюссельдорфе. Между прочим, многие художники, связанные с полиграфией, когда знакомились с «Дневником» Колумба в нашем музее, так и не могли определить, отпечатана ли книга в типографии или же написана от руки...

О том, как книга попала на евро-пейский Север, существует несколько версий. Одна из них связана с именем Александра Андреевича Баранова (1746 1819), уроженца Каргополя, предприимчивого смекалистого куп

ца-кочевника. Баранов заложил несколько факторий на берегах Чукотки и Камчатки, основал первый в Сибири стекольный завод. Он хорошо знал историю, географию, картографию, разбирался в химии и геологии, собственноручно делал противооспен-ные прививки.

Однако после нескольких лет успешной предпринимательской деятельности Баранов потерпел финансовый крах. И был вынужден согласиться на предложение Григория Ше-лихова («Колумба Росского», по определению Державина), который был в ту пору единовластным директором-распорядителем всех мероприятий по закреплению за Россией новооткрытых земель в Новом Свете, принять бразды правления Российско-Американской компанией.

Вполне возможно, что вымышленный «Дневник» Колумба попал к Баранову именно в Русской Америке — так называли русские поселения на берегах Америки, которые стали возникать с 1784 года после плавания Шелихова Это тем более вероятно, что Баранову наверняка приходилось встречаться не только с отечественными промышленниками, но и с иноземными купцами и мореходами. Однако нельзя исключать и такой возможности, что книга попала к Баранову из личной библиотеки Шелихова после его смерти в 1795 году. Из исю-рического романа В. Григорьева «Григорий Шелихов» известно, что тот находил большое утешение в чтении жизнеописаний великих мореплавателей. Особенно нравилась ему «История адмирала Христофора Колумба», составленная сыном мореплавателя Диего и переведенная с испанского Федором Коржавиным. Можно предположить также, что часть книг из библиотеки Шелихова досталась Александру Баранову еще и потому, что они были не только деловыми партнерами, но и друзьями-соратниками, одинаково верящими в дело своей жизни. Ведь именно благодаря Баранову, осуществившему едва ли не все замыслы «Колумба Росского», как пишет Григорьев, сохранилась для потомства память о Шелихове.

В последние годы жизни в далеком Ново-Архангельске Александра Андреевича не оставляла мысль вернуться в Каргополь Хозяйственная трезвость и житейский практицизм не могли заглушить в нем тоски по жене и двум детям, которые жили в Онежском озерно-лесном крае. Но умереть m родине ему было не суждено. На родину вернулась лишь горсточка его земляков-добытчиков, которые, по всей вероятности, и доставили в Каргополь таинственный манускрипт в пожелтевшей пергаментной обложке...

— Есть веские основания предполагать,— говорит в заключение директор музея,— что книга попала в

55

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Предыдущая страница
Следующая страница
Информация, связанная с этой страницей:
  1. Моллюски удельный вес

Близкие к этой страницы
Понравилось?