Вокруг света 1991-11, страница 51

Вокруг света 1991-11, страница 51

— Наоборот, хороши. А теперь, когда я верю тебе и этим людям, теперь, когда я в этой маленькой затерянной деревушке, когда я уверен, что Валери Грин рядом, живая, а не мертвая... Теперь все просто замечательно, правда?

— Ну, если ты так думаешь...

— Она вернется, — сказал Иносент. — Завтра мои глаза будут любоваться ею, мои уста скажут: «Привет, Валери!»—Он просиял, предвкушая радость.

— Иносент, похоже, ты вновь обрел былую невинность.

— Наверное. Я и не знал, что она у меня была когда-то. И мне нужен был кто-то, кто разбудил бы во мне все лучшее. И этот кто-то —Валери. Кэрби, перед тобой совсем другой человек!

— Верно, — ответил Кэрби.

— Он все время жил во мне, а я и не знал об этом.

— Вот что значит любовь хорошей женщины.

— Смейся, Кэрби, ничего, я не в обиде.

— Я не смеюсь, Иносент, — почти искренне сказал Кэрби. — Значит, отныне и впредь я буду встречать в Белиз-Сити такого вот нового Иносента Сент-Майкла?

Улыбка Иносента стала сытой, сонной и довольной.

— Как знать, Кэрби, как знать...

— Думаешь, это у тебя скоро пройдет? Что ж, в таком случае, я рад был познакомиться с тобой сегодняшним — совсем другим парнем.

ПОДСЛУШАННЫЙ РАЗГОВОР

Голоса... Они что-то бормочут. Валери приоткрыла правый глаз и стала следить за муравьем, который тащил большой огрызок листа, задрав его кверху, как зеленый парус. Во рту сухо. Тело закоченело. Голова болит. Колени саднят. Волосы всклокочены. Мозги — наполовину в отключке.

Мимо ходили люди. Они были гораздо больше муравьев. Валери скосила открытый глаз и увидела двух удаляющихся мужчин. Они разговаривали. Маскировочная военная форма. На поясе — кривые ножи в черных кожаных ножнах. Гурки.

Валери все вспомнила и закрыла глаз. Индейская деревня, самолет, Кэрби с Сент-Майклом... Побег с украденными лепешками... Путаница в мыслях и блуждание по лесу... Что все это значит? Может, она помешалась от страха? Но она не помнит, чтобы так уж сильно чего-то испугалась. Во всяком случае, отойдя от деревни, она уже ничего не боялась, даже присела у ручья, чтобы запить первую лепешку. А после этого...

После этого... Неужели она смеялась, представляя себя автомобилем? Неужели громко болтала, как Дональд-утенок? Нет, должно быть, память подводит ее. Или что-то не так с ручьем? Видно, верно говорят и пишут: «Не пейте сырую воду».

Но потом — спасение! Гуркский патруль, сделавший ночной привал прямо у нее на пути. Она в буквальном смысле слова свалилась им на голову. Наконец-то она в безопасности, среди своих спасителей. Они, конечно, не говорят по-ан-глийски. Тогда что у них за язык? Какой-то азиатский. Непальский, если они сами из Непала?

... убьем...

... нападем на деревню...

... пленных не брать...

Странно. Она понимает их речь, хотя они говорят не по-английски. А она не знает непальского.

... всех пришьем...

Правый глаз Валери резко открылся. Кекчи! Она понимает их потому, что они говорят на кекчи. На каком-то более остром, рыкающем и гортанном наречии, но тем не менее вполне понятном. А с чего бы вдруг гуркским стрелкам переговариваться на кекчи?

— Когда девку-то кончать будем?

Все тело Валери напряглось. Открытый глаз уставился на руку, лежащую на земле, ухо настороженно ловило звуки.

— Когда доберемся до места.

Девушка чуть расслабилась.

— А почему не пристрелить ее прямо сейчас? Без нее можно идти быстрее.

— Никакой стрельбы. Могут услышать.

— Давай, я ее зарежу.

«Заору, еще как заору», — подумала Валери.

— Ты торопишься прикончить ее лишь потому, что вчера ночью она тебя напугала.

— Меня? А кому пришлось менять штаны — мне или тебе?

— Я думал, ты сдохнешь со страху. Небось решил, что это дьявол за тобой пришел?

— Однако же я не дал деру в лес, как некоторые.

Они продолжали препираться, выясняя, кто из двоих больше подвержен суевериям и боится древних богов и чертей майя. Валери лежала тихо и неподвижно, с легким злорадством думая о том, что смогла напугать их. Наконец солдаты снова вспомнили о ней.

— Ну, так что нам делать с этой девицей?

— Она думает, что мы гуркские стрелки, которые отведут ее в лагерь. Поэтому она пойдет с нами без разговоров. В деревне заткнем ей глотку и дождемся тех, из города. Потом пристрелим ее заодно с селянами.

— А этих, городских?

— Пришьем шофера и раним одного белого, все равно какого.

— А почему бы не перебить их всех?

— Потому что это люди, которые пишут истории (в языке кекчи нет слова «журналист»). Когда они вернутся домой, то напишут, как гуркские стрелки истребили население целой деревни.

— Ну, а мы после дела обратно, через границу?

— Да, к полковнику — за денежками.

Валери продолжала притворяться спящей. Лже-гурки какое-то время спорили о том, стоит ли ее насиловать, и решили, что пока не надо. Сначала они доберутся до деревни, а там видно будет. Потом кто-то предложил идти на север, потому что до деревни час с лишним ходьбы, и тогда Валери решила, что пора просыпаться. Она замычала, потянулась, села и, вытаращив глаза, уставилась на окружавших ее мужчин.

— Господи боже! —воскликнула она.

Они смотрели на девушку. Потом один из них сказал на кекчи:

— Улыбайтесь ей, пусть она думает, что находится среди друзей.

Валери не без труда поднялась на ноги. Десять мужчин с приклеенными к физиономиям улыбками смотрели на нее. Оглядевшись, она спросила:

— Где я могу умываться?

— Чего она хочет? — спросил один солдат у другого.

— Жрать, наверное.

Валери жестами показала, что ей надо умыться.

— Ей нужен ручей.

— Девочка хочет сходить по-маленькому и умыть личико.

Трое или четверо вытянули руки, указывая куда-то за деревья на краю поляны.

— О, благодарю,—Валери повернулась, строго следя за тем, чтобы деланная улыбка прочно держалась на ее лице.

— Нет, с ней определенно надо позабавиться.

— Только когда придем в деревню.

Добравшись до деревьев, Валери обернулась и шутливо погрозила им пальцем.

— Чур, не подглядывать, — сказала она.

СЕКРЕТНАЯ ДОРОГА

Вернону кусок не лез в горло. Он уныло поковырял вилкой еду и лишь взглянул на кофе. За другим столиком семеро журналистов неистово набивали желудки, а Скотти даже в шутку укусил за руку официантку. Она одарила его дежурной улыбкой и подошла к Вернону спросить, не нужно ли чего.

— Все в порядке, — ответил Верной. Он сидел за маленьким столиком в углу и смотрел на прожорливых репортеров, суетливость которых контрастно оттеняли спокойное море и безмятежное солнце.

Что же произойдет в деревне? Нет, лучше не задаваться этим вопросом и не знать ответа. Не знать, как связаны между собой многочисленные требования полковника. Поселения беженцев. Фотографии гурков. Беженцы удирают из Гватемалы, удирают от полковника и становятся недосягаемыми для него, поскольку их защищают международ

4 «Вокруг света» № 11

49

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?