Техника - молодёжи 1982-01, страница 64

Техника - молодёжи 1982-01, страница 64

ФОРМУЛА ГОСПОДИНА АРНО Продолжение. Начало на стр. 56.

оглядывался по сторонам и, казалось, всего боялся.

— Жорж Кордоне, сотрудник специального вычислительного центра, — представился вошедший. — Зайти сюда мне посоветовал господин Баркаш.

Определить возраст этого человека было не так легко: не то двадцать пять, не то сорок с лишним. Лоб с залысинами, редкие волосы — ну и что? Инспектор знал многих, начавших лысеть в двадцать. Что поделаешь, отравленная окружающая среда сказывается даже на прическах...

— Господин Баркаш сказал, что кое-что вам уже известно, — произнес Кордоне, усевшись. — Но как вам понравится, что в одном учреждении за два года один директор покончил с собой без всяких на то причин, другой утонул, а третий погиб в автомобильной катастрофе? Началось все с Виктора Дорма...

— Это тот, что покончил с собой? — поинтересовался Макс.

— Да, он самый, — кивнул Кордоне. — Вечером, после работы, он сидел в своем кабинете, когда ему кто-то позвонил. Разговор, по словам секретарши, был долгим. Потом он запер дверь и выбросился в окно. Девяти этажей более чем достаточно для перехода в лучший мир... Месяц спустя после гибели Дорма назначили нового директора. Человек он был замкнутый и вроде бы настороженный. Как-то раз поехал на недельку на Средиземное море. И на третий же день утонул. Говорят, сердечный приступ. Не знаю. Впрочем, сердце у него действие тельно было не из лучших. Потом пришел Рокар. Его-то я знал хорошо, до назначения он был заместителем. Но вскоре стал каким-то замкнутым, перестал шутить, ушел в себя... Однажды я на правах старого приятеля решил поговорить с ним начистоту, И вот что он мне сказал: «Видишь ли, я сам еще не во всем разобрался. Что-то у нас не так, но почему, пока непонятно... Когда разберусь, обязательно расскажу. Договорились?» Но погиб месяца через полтора... Теперь вы понимаете, что привело меня к вам, — шепотом закончил Кордоне, достал носовой платок, вытер лицо и руки.

— Да, события странные, — сказал, помолчав, Карти. — А каким он был, ваш друг Антуан Рокар?

Продолжение следует. ^

62

«...ЕГО НЕУМОЛИМО ОТКЛОНЯЛО К СЕВЕРУ»

ВИКТОР ШИТАРЕВ, капитан дальнего плавания

Н 3-й стр. обножки

Эти слова, завершающие роман Ж. Верна о бесстрашном капитане Гаттерасе, с полным правом можно отнести и к магнитному компасу, поистине уникальному прибору. В этом нет преувеличения — он сочетает большую надежность, простоту и в отличие от других устройств абсолютную независимость от каких-либо источников энергии. Именно с помощью компаса моряки контролируют движение судиа по заданному маршруту, ложатся на новые курсы, определяют место по береговым навигационным знакам, захватывая их в «прицел» пеленгатора (14), а затем снимая отсчет пеленга на них по картушке.

Сегодня компасы верой и правдой служат не только морякам, но и летчикам, военным, геологам, появились они даже на... автомобилях. А откуда «пошла есть» история намагниченной стрелки, с завидным постоянством указующей на Норд?

Первые сведения о применении ее для ориентировки на местности относят к 2600 году до н. э., когда в обиход вошли небольшие поворачивающиеся статуэтки с вытянутой рукой (2), внутри которых помещали чувствительный элемент (ч. э.) — стерженек намагниченного железа.

Примерно в 250 году н. э. магнитный компас «приняли на вооружение» и мореходы Дальнего Востока. Что же касается европейцев, то есть сведения, что компас «был в употреблении на флоте первых крестовых походов около 1096 года». По другим данным, изначальное упоминание о морских компасах в Европе относится к 1200 году.

Приблизительно тогда неизвестные мастера сумели приделать к компасу солнечные часы (7) и, главное, усовершенствовать систему подвески ч. э. Они стали прикреплять стрелку к деревянному бруску или вставляли ее внутрь бамбуковой трубки и опускали их в глиняный или медный сосуд, наполненный водой. Точность показаний компаса после это

го значительно возросла. Кстати сказать, жидкостная подвеска (разумеется, в значительно измененном виде) широко применяется и в наши дни.

В 1269 году вышло в свет «Послание о магнитах», сочиненное неким Петром Перегрином. Он описал почти все известные тогда свойства магнита, дал названия его полюсам н постарался улучшить его конструкцию. Сначала он создал компас с плавающим ч. э. (3), а затем поместил его на стержне (4) и придумал прибор для определения азимутов светил.

Более_ совершенный компас с «сухим» котелком появился лишь в первой половине XIII века, когда к магнитной стрелке приделали картушку, которая вращалась в горизонтальной плоскости на шпильке, прикрепленной к диу котелка. Сначала картушка имеЛа 24 деления, и только в 1302 году итальянец Фла-вио Жиойя довел число румбов (1 румб — 11°, 25) до 3(2.

Ко второй половине XVI века сложился тип компаса (6), основные узлы которого сохранились и до наших дней. Его медный котелок в кардановом подвесе размещен в деревянном ящике — нактоузе, при этом кардан удерживает прибор в горизонтальном положении независимо от креиа судна при качке. Приблизительно в те времена названия румбов картушки утвердились и на флоте нашей страны (5).

С тех пор главными из них считаются Норд, Ост, Зюйд и Вест, румбы NO, SO, NW и SW называют четвертными. Когда же появились первые пароходы и точность судовождения повысилась, картушку стали разбивать на градусы сначала в четвертном счете, считая Норд и Зюйд нулем, а Ост и Вест — 90° (9). Направление указывалось числом градусов и наименованием четверти — например, N060° или S032° (8). К началу XX века горизонт окончательно разделили иа 360® и курс стали определять в градусах, отсчитывая их по часовой стрелке от Норда (11).

Говорят, что магнитное склонение открыл еще в 1492 году Христофор Колумб, но некоторые историки полагают, что о существовании магнитного полюса Земли было известно мореплавателям еще в VIII— XI веках.

По аналогии с географическими магнитные полюса можно также соединить своими меридианами. В таком случае через любую точку на карте нетрудно провести сразу два меридиана — географический и магнитный. Угол между ними обозначают буквой d и именуют магнитным склонением, величина которого для разных мест указывается на картах.