Техника - молодёжи 1988-01, страница 33

Техника - молодёжи 1988-01, страница 33

стящиш пример использования современной техники, авиации для обмена опытом,знаниями, нормализации отношений между странами. Это прекрасно, когда представители разных наций имеют общую цель. Вернуть зрение — значит сделать человека счастливым. Это ли не главное предназначение медицины?

— Долгое время наше общество было как бы в спячке, словно былинный Илья Муромец, который сиднем сидел на печи,— продолжает Святослав Николаевич.— Работали малоэффективно, боялись риска, топтались на месте. Время это, к счастью, закончилось, и надо бежать вперед. Нельзя терять ни дня, времени отпущено нам в обрез. В 75 годах — это средняя продолжительность жизни — всего 27 с половиной тысяч дней. Треть — детство, треть — сон. Остается >— чуть... А так много надо успеть сделать и так много можно сделать, если взяться за дело по-настоящему.

Едва в клинике завершен один проект, тотчас созревает новый, не менее грандиозный. Это стиль работы, стиль жизни Федорова. На очереди плавучая клиника. Предполагается переоборудовать построенный по заказу Австрии комфортабельный теплоход «Сергей Есенин». Он возьмет на борт около 200 иностранных туристов — потенциальных пациентов. За время двухнедельного круиза по Волге и древним уголкам русского Севера, часть пассажиров теплохода проопериру-ется. Результаты лечения, конечно, намного улучшаются из-за благоприятного психологического настроя, уверен С. Н. Федоров. А вырученная валюта пойдет на развитие науки в МНТК. В год на исследования предполагается тратить 15—20 млн. рублей. На эти средства можно развернуться вовсю.

Обмолвился директор МНТК и о выходе офтальмологии в космические просторы. Шутка? Розыгрыш? Едва ли. Зная энергию профессора, многие давно перестали удивляться его неуемной фантазии. А в самом деле? Что, если испробовать лечить зрение в невесомости? Страшно интересно, как поведет себя глаз в отсутствие силы тяжести. Может быть, сложная операция пройдет легче и удачней? И кто знает, не станем ли мы свидетелями старта первого офтальмологического орбитального комплекса? Это вполне может стать темой очередного репортажа из клиники С. Н. Федорова.

■вехи нтп-

«Семь футов под килем»

Виктор ШИТАЙЕВ,

капитан дальнего плавания

Так у моряков принято напутствовать друзей, уходящих в даль-iee плавание. Семь футов — около ! м — такой запас чистой воды под ;илем считается достаточным, что-:>ы судоводители уверенно чувствовали себя и на неглубоких акваториях. Пожалуй, одна только Арктика вносит «поправку» в это иеписа-юе правило. Но об этом позже. А юка вспомним операцию «Ямал-17», когда атомоход «Сибирь» и дизель-электрический ледокол «Капитан Сорокин» вели к мысу Хара-овей сухогруз «Павел Пономарев» 1 «ТМ» № 12' за 1985 год). Сначала |уть каравану через полярные льды прокладывала «Сибирь», на мелко-аддье же, близ берега, ей пришлось ступить роль лидера «Капитану Сорокину». Однако, мощности его иловой установки оказалось недостаточно, чтобы преодолеть тяжелый припайный лед. С огромными усилиями, форсируя машины, суда фобились на пару миль к берегу, истали в припае и начали разгружаться прямо на него. Тогда полярники еще раз осознали, сколь нужны им мощные мелкосидящие ледоколы.

Надо сказать, что в нашей стране уда этого класса эксплуатируются не первый год. К ним, например, относятся дизель-электрические ледоколы типа «Капитан Белоусов» с осадкой около 7 м. Они неплохо работали на мелководных фарватерах, но тяжелые льды были им, естественно, не под силу. Потом в арктических водах появились мелкосидящие ледоколы типа «Капитан Сорокин» и «Мудьюг» — последние мощностью 12 тыс. л. е., с осадкой 6 м.

А теперь припомним те самые «семь футов под килем». Именно такой толщины за зиму достигает арктический лед в прибрежных водах. Когда ледокол идет, разбивая его, по мелководью, солидные обломки льдин уходят под судно и нередко заклиниваются между его днищем и грунтом. У атомоходов осадка— 11м, переход по 13-мет-ровым глубинам становится для них опасным — прозрачные «рифы» способны повредить подводную часть корпуса, не защищенную ледовым поясом, который, как известно, тянется по ватерлинии. Проектировщики судов типа «Капитан Сорокин» усилили днища, однако эти ледоколы почти в 3 раза слабее атомоходов. Вот почему полярному флоту понадобился мощный мелкосидящий ледокол, приспособленный для работы в устьях сибирских рек.

Дело в том, что с началом ледостава из них выносится первый лед. За зиму он смерзается, нарастает, и к весне в устье возникает крепчайшая ледовая перемычка. Взломать ее дизель-электроходы могут с превеликим трудом, «Арктике» или «Сибири» вход туда запрещен из-за мелководья, да и без того им работы хватает...

В 1989 году поднимет флаг головной атомный мелкосидящий ледокол «Таймыр», который сейчас строится на верфи финской компании «Вяртсиля» по заказу Советского Союза по техническим заданиям, выработанным советскими специалистами. Осадка «Таймыра» будет такой же, как у «Капитана Сорокина», зато в мощности он превзойдет его более чем в 2 раза (см. рисунок на стр. 32 33).

30

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?