Техника - молодёжи 1989-02, страница 55

Техника - молодёжи 1989-02, страница 55

Когда я говорил об одной моей знакомой, то имел в виду именно ее. Вот, поглядите! - Курсант вынул из кармана кителя фотографию и протянул старику.

О, красавица! Про таких можно слагать стихи..

Курсанта охватила странная апатия. Ему давно пора бы подняться и уйти На сегодня намечена уйма дел, нужно приобрести маску для студенчёского маскарада, который должен состояться на Луне, потом еще к океану он собирался слетать. Однако подняться и выйти из лавки не было сил.

Мне кажется, основной ваш недостаток состоит в том, что вы чрезмерно застенчивы, словно издалека донесся до курсанта голос часовщика.— Нет, я не сомневаюсь в вашей личной храбрости, свидетельство чему — форма, которую вы носите. Я о другом - об отношениях с женщинами. Ну, угадал' Можете не отвечать- по лицу вижу. И тут я могу помочь. Удивлены? Сейчас поясню, о чем идет речь. Предположим, вы знакомитесь с интересной женщиной. Она вам нравится, но мучает вопрос: пользуетесь ли у нее взаимностью Реальная ситуация?

Пожалуй.

Идем дальше. Чтобы ответить на этот вопрос, достаточно знать, каково ее настроение. Если превосходное — значит, больше шансов на взаимность. Если же нет — значит, вы ей безразличны. Логично?

Логично, кивнул молодой человек, - но как узнать настроение?

Вот мы и подошли к главному,- - решительным тоном произнес мастер - Вам необходим иннастр, индикатор настроения. Вещь это редчайшая. Но для вас я постараюсь.

Никогда не слышал о таком приборе.

Немудрено.

Часовщик подошел к двери, звякнул щеколдой.

Я сделаю для вас иннастр в форме наручных часов. Это удобно вы никогда не расстанетесь с ними, и циферблат в любой момент даст ответ на волнующий вас вопрос.

Курсант поднялся со стула и сделал несколько шагов по комнате, разминая затекшие от долгого сидения иоги.

А как, собственно, им пользоваться?

— Я все объясню завтра, когда придете за подарком. А теперь извините старика за нескромный вопрос: вам нравится Женевьева Лагранж? Вы любите ее' Спрашиваю отнюдь не из праздного любопытства. Итак?

Люблю ли я Женевьеву? Пожалуй, нет,— покачал головой курсант.-- Скорее, просто испытываю симпатию к ней.

— Превосходно. А она?

Может быть.

Отменно! щелкнул пальцами часовой мастер.— В таком случае, прошу оставить до завтра ее фотографию.

Но я думал, профессия колдуна исчезла еще в средние

века.

Нет, мой молодой друг,— рассмеялся часовщик.— Все гораздо проще. Я хочу выгравировать ее портрет на внутренней крышке часов. Поверьте, это будет одна из самых превосходных гравюр на свете, которой не устыдился бы и сам Альбрехт Дюрер...

Курсант протянул часовщику фотокарточку Женевье-вы пышноволосой молодой женщины с сосредоточенным выражением лица.

— Вы добрый человек. Не знаю, как и благодарить вас.

А знаете, я делаю вам подарок не совсем бескорыстно Если часы вам понравятся, вы расскажете о них другим, даже на Луне. Реклама двигатель торговли.

Курсант наконец вышел из лавки и направился к гостинице, расположенной в центре 1 ристауна. Шагал рядом с ручейком бегущей ленты, поглядывая на разнокалиберные дома, выстроившиеся вдоль улицы. Близ перекрестка на лужайке мальчишки гоняли мяч, используя в качестве ворот Г.ва небрежно брошенных на землю школьных ранца.

— Давай пас, Сережка! - донесся пронзительный голос, это кричал кто то из нападающих.

«Вот уж не думал, что в эдаком дальнем углу тезку повстречаю»,— подумал курсант.

Впечатления от встречи с часовым мастером никак не

желали выстроиться в линию. Что-то продолжало беспокоить. В памяти всплыло: «На других, освоенных вами планетах» — так, кажется, сказал старик. Кем это, собственно, «вами»'-.

«Заговаривается дед,— подумал Сергей.— Но вообще-то милый, доброжелательный человек. Философствует довольно любопытно. Большой мастер своего дела. Такие часы изготовил — глаз не оторвать! Что на витриие, что в лавке. Какая выдумка!»

Потом мысли его приняли другой оборот. Как это можно сконструировать прибор, который бы показывал настроение собеседника? Впрочем, эмоции человека связаны с определенными биотоками в головном мозгу. Ток вызывает электромагнитное поле. Пусть слабое — это непринципиально...

Он размышлял, глядя на играющих мальчишек, пока пестрый мяч ие подкатился к ногам. Поддел его носком и ударил с такой силой, что мяч свечой взмыл в темнеющее тристаунское небо под восторженные крики игроков. Помахав им иа прощанье рукой, Сергей Торопец двинулся дальше.

Пословица гласит: человек предполагает, а космос располагает. Мог ли Сергей подумать, что заурядный рейс Земля — Луиа окажется так богат событиями?

Как узиал он о первой тревожной радиограмме, носившей неофициальный характер?

Еще сидя в пассажирском кресле, Торопец почуял: иа борту происходит что-то неладное. Он обладал, как и положено учлету Звездной, обостренной интуицией на возможные нештатные ситуации. Однако никак не мог определить, в чем, собственно, дело. То ли стюардессы начали двигаться по проходу чуточку быстрее обычного, то ли в их негромких голосах, предлагающих пассажирам карамельки да прохладительные напитки, прорезались неощутимые для других нотки нервозности.

А ведь полет, казалось, проходил нормально. После активного участка пассажиры, приведя противоперегрузоч-ные кресла в удобное для себя положение, лениво перелистывали журналы, дремали, что-то набрасывали в путевых блокнотах.

Две дамы впереди Сергея оживленно беседовали о том, каким спектаклем откроет луииый театр свой новый сезои. Сергей понял, что обе оии — коренные жительницы Луны. Одна другой наперебой жаловалась, прерывая захватывающую театральную тему, как тяжело пришлось иа Земле, где вес каждой из них увеличился ровно в шесть раз.

Слева от Сергея сидела девушка. Лицо ее показалось знакомым, однако он никак не мог припомнить, где и при каких обстоятельствах ее видел. Не обращая на соседа внимания, она со скучающим видом съела апельсин, затем надела наушники, и взгляд ее стал отрешенным. Торопцу оставалось только гадать, что она слушает и виднт: бродит одна по необитаемому острову? А может, просто наслаждается хорошей стереомузыкой?

Тогда-то, собственно, все и началось... Стюардессы, как всегда, курсировали по проходу — среди сотеи пассажиров всегда находился кто-то, требующий повышенного внимания. Одна окликнула другую, и в голосе ее Сергей уловил тревогу. Правда, ои ие придал этому значения. И зря, как выяснилось немного позже.

Девушка, сидевшая рядом, Сергею определенно нравилась. Когда она усталым жестом сняла старомодные наушники и положила их на колени, ои решился заговорить с ией.

— Вы лунянка?

— Будем считать так — Она выразительно покосилась на иллюминатор, за которым не было, да и не могло быть ничего, кроме черного иеба.

— А я землянин,— произнес Сергей, но его слова повисли в воздухе.

«Почему ее лицо так знакомо?» — мучил Торопца вопрос, ио ответа ои не находил. Девушка потянулась, чтобы опустить на иллюминатор жалюзи, и наушники соскользнули с ее колен на пол. Сергей нагнулся, она тоже, они столкнулись

52

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?