Вокруг света 1969-02, страница 78

Вокруг света 1969-02, страница 78

вавшего носом на своем стуле, заменили телекамеры и чувствительные микрофоны. А ночью включаются еще дополнительные приспособления. Ведь традиционно считается, что злоумышленник «работает» ночью. «Очутившись в темноте в громадном зале, где собраны шедевры, похититель не знает, что уже находится на пути в тюрьму», — твердо заявил м-р Бими. Впрочем, в его устах это заявление не удивительно: м-р Бими — директор фирмы «Гарани-Силвер», занимающейся изготовлением сторожевых сигнальных систем для банков, музеев и частных дворцов.

«Вот похититель идет по ковру, — продолжает м-р Бими. — Он уверен, что ковер, как и полагается ковру, заглушает его шаги, а на самом деле ковер подключен к нашей системе, и поступь злоумышленника зажигает сигнал на центральном пульте. Если гангстер попытается прожечь стальную дверь в кладовую, термодатчик тут же подаст тревогу, а скрытые камеры сфотографируют его, едва он пересечет луч фотоэлемента».

Директора музеев согласно подтвердили, что новая система — «абсолютное оружие против похитителей прекрасного».

Однако же сами похитители придерживаются иного мнения.

Это доказало совсем недавнее похищение «Герцога Веллингтонского». Приобретенный Лондонской национальной галереей портрет работы Гойи был выставлен на публичное обозрение. Вокруг портрета разгорелись страсти, ибо он был приобретен по праву первопокупки английским правительством на аукционе у «Кристи», для того чтобы помешать шедевру — вслед за столькими! — уплыть за океан. Сумма была немалая — 200 000 фунтов стерлингов.

Итак, портрет национального героя Великобритании был выставлен в музее, его успело посмотреть около пятидесяти тысяч человек. Посмотрело бы и гораздо больше, если бы 21 августа 1961 года он не исчез.

Чтобы выкрасть работу Гойи, вору оказалось достаточным вынуть стекло в уборной и войти ночыЪ в коридор музея. (Где ты, сигнальная система?!)

Вор-профессионал или маньяк-собиратель? — первый вопрос, который задали себе следователи.

Оказалось, ни тот, ни другой. Через несколько дней «киднэппер» «Герцога Веллингтонского» сам заявил о себе, разослав в газеты следующее уведомление: «Картина в целости и сохранности. Она будет возвращена в музей, если правительство перечислит в фонд для неимущих 200 000 фунтов».

Нетрудно заметить, что сумма выкупа в точности соответствовала цене, уплаченной на аукционе государством за холст Гойи. Общественность облегченно вздохнула: по крайней мере портрет цел. Более того, похититель был явно моралист, возмущенный тем, что такие деньги уплачены за квадратный метр холста, хотя столько обитателей Британских остро^ вов лишены самого необходимого! А моралиста можно уговорить.

Как бы там ни было, ни один меценат в Англии не вызвался выполнить условие вымогателя-альтруи-ста. Правительство тоже проигнорировало его требование. Розыски портрета были возложены на Скот-ланд-Ярд.

Однако соперники Шерлока Холмса за год не продвинулись ни на шаг в поисках картины или злоумышленника. Ровно через год тот вновь дал о себе знать: «Герцог жив-здоров, но если денег не будет, его будущее не гарантировано», — гласила тё-леграмма в «Дейли Миррор».

И вновь бриттам не изменило хладнокровие. Никакого ответа.

Еще через год похититель, устав, вероятно, от ожидания, подсказывает способ действий: «Пусть каждая английская газета проведет по подписке сбор средств на неимущих, и портрет будет возвращен».

Газеты держались стойко.

Прошло еще полтора года. И вновь в пустыне равнодушия раздался глас похитителя, вопиющего к общественности: «Я не требую многого. Гойя будет возвращен, если дирекция музея о.бязуется в течение месяца переводить плату за посещение галереи в фонд для неимущих».

Трудно поверить, но снова никто, буквально никто не взял смелость дать подобное обещание! Вор-филантроп остался один-одинешенек перед стеной каменного молчания распорядителей кредитов.

И он не выдержал.

В конце мая 1965 года, почти четыре года спустя после исчезновения из Национальной галереи портрета герцога Веллингтонского, в редакцию «Дейли Миррор» пришла бандероль с ключом от бокса автоматической камеры хранения Бирмингемского вокзала. Портрет героя Ватерлоо находился там. Целый и невредимый.

Вором-филантропом оказался и похититель «ре-нуара» в Токио. Поклонник великого импрессиониста счел аморальным, что богатые коллекционеры держат под спудом сокровища, по праву принадлежащие всему человечеству. И он выкрал ночью пейзаж Ренуара из дома богатого фабриканта.

— Я обошел _весь токийский музей и не нашел там ни одной работы Огюста Ренуара, — писал он в объяснении своего поступка. — Я согласен вернут*» картину только на одном условии — если ее так называемый владелец обязуется подарить «ре-нуара» музею, где он будет вывешен на всеобщее обозрение.

Миллионер публично подтвердил свое согласие, видимо не рассчитывая, что вернет себе когда-ли-бо украденный шедевр. В тот же день ему позвонили из автомата. Женский голос предложил заглянуть в стоящий у дома кремовый автомобиль. Бывший владелец нашел там «ренуара», аккуратно упакованного в вощеную бумагу...

Но это редкий случай — сочетание мастерства вора с великодушием филантропа. В большинстве своем подобнее истории оканчиваются, как мы видели вначале, полюбовной сделкой. Более того, похитители убедились, что наиболее верный путь реализовать картину — это вернуть ее владельцу. За вЪ1-куп. Выработалась даже такса за возвращение — 10 процентов стоимости плюс комиссионные посредникам. Немудрено, что бедный «Флейтист» Франса Хальса трижды исчезал из коллекции графа Бендерна и трижды возвращался. В прошлом году он исчез из Женевы в четвертый. С тем чтобы вынырнуть на черном рынке, но уже... в трех экземплярах, практически неотличимых друг от друга.

Снова подделки? Да, они. Но об этом мы уже говорили подробно (см. «Вокруг света» № 1 за этот год). Бросается в глаза другое. Кражи картин и их подделка — таковы две стороны одного и того же бизнеса, от которого шедевры искусства не уберегают ни самые толстые музейные стены, ни их всемирная, общечеловеческая слава...

76

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?