Вокруг света 1990-02, страница 15

Вокруг света 1990-02, страница 15

тил кусок глины, а тебе пихали и второй, и третий, и некуда бежать из этой столовой.

Мы сидели, не высовываясь из кабин. Дети жались к стенкам жилых построек и во все глаза наблюдали за приехавшими. Вдруг они что-то закричали нам и стали махать в сторону одной из хижин. На пороге стоял человек в униформе и жестом приглашал к себе.

За несколько веков до того, как в Сахаре появился радиотелеграф, в крупных торговых центрах — Том-букту, Каире, Кано — были люди, предсказывающие прибытие караванов. Даже теперь в отдаленных оазисах найдется старец, который назовет день и час, когда под пальмами появятся новые люди. В Тессалите предсказателя не было, поэтому о нашем приезде предупредила телеграмма из Бамако. Единственный человек, который об этом знал, был начальник таможни и главный пограничник по совместительству. Он-то и зазывал нас к себе в контору.

В глиняном домике таможни обстановка была аскетическая. Двери не было. Вместо нее висел лоскут темной казенной ткани. Под потолком сиротливо качалась лампа без абажура. На окнах — современные плотные алюминиевые жалюзи, а на стене, как и положено всякому государственному учреждению,— портрет президента Мусы Траоре и карта Мали. В таможню вызвали хозяйку отеля и страхагента и попросили заняться нами.

На улице Салума будто подменили. Он вдруг потребовал, чтобы ему оплатили половину причитавшихся за дорогу до Гао денег. Однако сумма уже десятикратно превысила ту, о которой договорились в Бордже. Я не мог поверить — на глазах разыгрывалась сцена, типичная для караванных путей прежних веков. Англичанин Александр Лэнг, чей маршрут через Сахару в 1826 году частично совпадал с нашим, жаловался в письмах, что вынужден постоянно доплачивать сверх договоренной суммы. Однако потом с Лэнгом обошлись еще более жестоко. Сопровождавший его шейх Бабани, пытаясь завладеть имуществом путешественника и членов его экспедиции, сговорился с туарегами. Во время ночного нападения спавший Лэнг даже не успел схватиться за оружие. Его посчитали мертвым и только поэтому не добили.

У нас требовали деньги в размере, ни много ни мало, месячной зарплаты французского рабочего. Такой суммы выплатить не могли, да и были опасения, что, согласись мы на это, аппетиты проводника могли бы возрасти.

Дело дошло до того, что пришлось обратиться в полицию. Не знаю, кого из туарегов отбирают на службу, но полицейских уважают здесь не меньше, чем вождей-аменокалов. Вожди одновременно являлись и верховными судьями. Они улаживали все споры. Теперь эти вопросы по

большей части решались в полицейском участке.

К чести тессалитской полиции, справедливость восторжествовала. Нам предложили сменить гида, и, чтобы не было никаких потом осложнений, здесь, в полиции, составить договор. Документ, заверенный двумя полицейскими чинами и скрепленный гербовой печатью, гласил, что от Тессалита до Гао за вознаграждение в тысячу французских франков нас поведет «шофер» Али Диалло.

До сих пор, утверждают исследователи Африки, среди туарегов выделяются три социальные группы: знать, вассалы и рабы. Согласно легенде благородные туареги пошли от Тин-Хинан — мифической праматери, а вассалы — от ее служанки Така-мат. Знать раньше промышляла разбоем, ей также принадлежали земли. Она стояла на вершине общества и жила за счет вассалов, разводивших верблюдов и мелкий скот. Знать, по словам путешественников, выделялась высоким ростом и светлой кожей, вассалы же были темнокожими, возможно, сохранили черты древнего населения Сахары. И знать и вассалы держали чернокожих рабов.

Наверное, из-за высоченного роста и рассудительной речи, Али сразу был причислен мной к благородным туарегам, несмотря на смуглый цвет кожи. Он держался с достоинством и не спеша, широкими шагами ступал по прибитому дождем песку в больших, новых найлах В числе немногих Али мог позволить себе ходить в ненастную погоду в белой гандуре — длинной до пят рубахе без рукавов. «Шофер»...

Поглядев на лишившуюся заднего стекла машину, он покачал головой:

— Нужно идти к мастеру-инеден. Ведь если поедете дальше, пыль замучает и кто-нибудь обязательно залезет.

— Неужели здесь можно найти стекло для «Нивы»? — удивился Олег.

— Стекла, конечно, не найдут, но заделать проем смогут,— ответил Али и послал одного из крутившихся под ногами мальчуганов предупредить мастерового.

Инеден-ремесленники занимают у туарегов положение особое. Они не относятся ни к знати, ни к вассалам. Им, подобно кузнецам по всей Африке, часто приписывают знакомство с оккультными силами, поскольку инеден подвластны дерево и металл, известны тайны составления красок. Оттого и живут они обособленно. Нам тоже пришлось ехать на окраину поселка.

Слесарную мастерскую определить было легко. У входа валялись железки, куски автомобильных кузовов, среди которых затесался остов наших «Жигулей». Видимо, в силу традиций другие дворики держались на некотором удалении от синих ворот мастерской — живущие там твердо зна

1 Н а й л ы — кожаные сандалии.

ли, что в отличие от меди железо — «нечистый» металл, и сами кузнецы — тоже «нечистые». Но обойтись без кузнецов не могли. Вот и приходилось «терпеть» соседа.

Раньше инеден изготовляли благородные клинки (обязательно с медной рукоятью), щиты из кожи антилопы (обязательно с медными заклепками), браслеты из мрамора, которые воины надевали на обе руки выше локтя. Браслеты предохраняли воинов от сабельных ударов и обладали якобы магическим действием, придавая силы хозяину. Кузнецы, чьи мастерские располагаются вблизи караванных путей, в том числе и кузнецы Тессалита, постепенно переквалифицируются в авторемонтников.

Уэшхазам, лучший слесарь Тессалита, вышел нам навстречу. Невысокого роста, моложавый, в прожженной спецовке и грубых черных ботинках на толстой подошве, какие выдают у нас дорожным рабочим, он совсем не походил на жителя пустыни и уж никак на заклинателя оружия и браслетов. Завидев нас, растерялся и своим видом напомнил практиканта, впервые попавшего на завод.

Кузнецы Сахары — загадочный народ. Их профессия всегда оставалась в семье. Сыновья кузнецов женились только на дочерях кузнецов. В связи с этим полагают, что все кузнецы Ахаггара состоят в родстве друг с другом. Этнографы считают, что кузнецы-инеден — вовсе не туареги и принадлежат к другой расе. Об их происхождении существует несколько теорий. Одна из них утверждает, что они потомки описанных Геродотом «эфиопов» или выходцы из Восточной Африки. В Ка-неме — восточнее озера Чад — обитает замкнутый племенной союз хаддадов. Когда-то хаддады принадлежали к степным охотникам, но из-за нехватки дичи вынуждены были искать другие источники существования. Возможно, они стали родоначальниками кузнецов Сахары.

Пока Уэшхазам готовил железо и сварку — заднее окно решили заварить,— Али нахваливал мастера, объяснял, что и его дед и прадед были кузнецами, а вот отец уже начал работать с машинами. Сначала делал повозки из остатков автотехники для жителей, а постепенно освоился и с автомобилями.

Между тем со сварочным аппаратом Уэшхазам работать не умел и все время прожигал металл насквозь.

— Эту штуку он привез только минувшей зимой и, понятно, еще не освоился,— оправдывался Али, прикрывая глаза ладонью от яркого пламени.

Мы уже рассчитались с кузнецом-автослесарем, как у самых ворот мастерской скрипнул тормозами грузовик, один из тех, на которых ехали французы. Из окна улыбался Бернар. Он попросил заглянуть в кузов — там валялись облом-

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?