Вокруг света 1993-08, страница 61




Вокруг света 1993-08, страница 61

понимаешь, Геральт? Ситуация сделалась, скажу я тебе, хуже некуда, аккурат Визимир из Новиграда задумал выдать за Фольтеста свою Дальку и послал сватов, а тут хоть держи короля за руки, за ноги, потому как он так и норовит гнать сватов взашей. Ну, обошлось, и хорошо, а то обиженный Визимир выпустил бы из нас кишки. Позже, не без помощи Адды, которая повлияла на братика, удалось уговорить сопливца воздержаться от поспешного брака. Ну, стало быть, Адда родила в положенное время, а как же. А теперь слушай, потому как начинается. Того, что выродилось, почти никто и не видел, но одна повивальная бабка прыгнула в окно из башни и убилась насмерть, а вторая с ума сбрендила и до сих пор так и не отошла. Потому, я думаю, сверхублюдок был не из красавцев. Девочка. Впрочем, она тут же померла, никто, думается, очень-то не спешил перевязывать пуповину. Адда, к своему счастью, не пережила родов. А потом благородный Фольтест в очередной раз учудил. Сверхублюдка следовало сжечь, а может, как знать, закопать где-нибудь на пустыре, а не упрятывать в подземельях дворца.

— Чего теперь рассуждать,— поднял голову Геральт. — В любом случае надо было призвать кого-нибудь из Посвященных.

— Ты имеешь в виду тех шарлатанов со звездами на колпаках? А как же — сбежалось с десяток, но уже потом, когда стало ясно, что в том склепе лежит. И что из него по ночам вылазит. А вылазить начало не сразу, нет! Семь лет после похорон был покой. А тут однажды ночью, в полнолуние, крик во дворце, шум, толкотня, паника! Что долго говорить, сам понимаешь, воззвание королевское читал. Дитятко подросло в гробнице, и неплохо, и зубки вымахали ого-го! Одним словом, упырь. Жаль, не видел ты трупов, как я. Думаю, объехал бы Вызиму за шесть верст!

Геральт молчал.

— И тогда,— продолжал Велерад,—как я уже сказал, Фольтест призвал к нам целую ораву колдунов. Переругались они так, Что чуть не поубивали друг друга своими посохами, которые, надо думать, таскают с собой, чтобы собак отгонять, ежели кто науськает. А науськивают, думаю, на них постоянно. Прости, Геральт, если у тебя другое мнение о волшебниках, в твоем цеху, наверно, такие тоже есть, но по мне так это дармоеды и дураки. Вы, ведьмаки, прости — ведуны, вызываете у людей больше доверия. Во всяком случае, вы — как бы это сказать — конкретные, деловые.

Геральт улыбнулся, не ответив.

— Но ближе к делу,-градоправитель заглянул в кружку, подлил пива себе и ривянину.— Некоторые советы колдунов представлялись вполне неглупыми. Один предлагал сжечь упыриху вместе с дворцом и саркофагом, другой советовал отрубить ей голову заступом, остальные были сторонниками осиновых кольев, которые следует вбить в разные части тела, разумеется, днем, когда дьяволица спит в гробу, устав от ночных утех. Увы, нашелся один шут в остром колпаке на лысом черепе, горбатый пустынник, заявивший, что это-де чары, а посему их можно снять, и из упыря снова получится Фольтестова доченька, прелестная как картинка. Надо только просидеть в склепе всю ночь — и порядок! А затем — представляешь себе, Геральт, что это был за придурок! — он отправился на ночь во дворец. Как легко можно догадаться, осталось от него немного, кажется, только колпак да посох. Но Фольтест вцепился в его идейку, как репей в собачий хвост. Не разрешил убивать свою упырицу, а со всех возможных уголков государства притащил в Вызиму шарлатанов, чтобы те переколдовали упыриху в принцессу. Во компашка была! Чудо! Красочная! Какие-то дурные бабы, какие-то хромоножки, грязные, завшивевшие, аж жалость брала. Ну и давай колдовать, в основном над миской и кружкой. Правда, некоторых Фольтест не без помощи Совета разоблачил, нескольких повесили для острастки на частоколе, но маловато, маловато. Я бы всех перевешал, всех до единого. Но Того, что упыриха время от времени загрызала кого-нибудь из обманщиков, начхав на их манипуляции, думаю, объяснять не надо. Как и то, что Фольтест в своем дворце не стал жить и вообще никто не стал.

Велерад замолчал, отпил пива. Ведун тоже молчал. .

— Так вот и идет, Геральт, шесть лет уже, потому что £тО родилось примерно четырнадцать годков назад. Были у нас, конечно, и другие заботы, потому как подрались мы с Визими-ром из Новиграда, но причины были вполне достойные и понятные, ибо речь шла о том, чтобы передвинуть пограничные столбы, а не о какой-то там доченьке или родственных узах. Фольтест, кстати, уже начинает поговаривать о женитьбе и разглядывать присылаемые соседскими дворами портреты, которые раньше выкидывал обычно в мусорный ящик. Но иногда

он как бы спохватывается и принимается рассылать гонцов на поиски новых колдунов. Ну, и награду положил три тысячи. Конечно, тут же сбежалось несколько сумасбродов, спятивших рыцарей, даже один пейзанин, кретин, известный по всей округе, да будет ему земля пухом. А упырихе все трын-трава. Просто часом возьмет да и загрызет кого-нибудь. Привыкнуть можно. А от героев, которые пытаются ее расколдовать, хоть какая-то польза: нажрется чудище мяса и не шляется дальше старого дворца. А у Фольтеста новый — вполне приличный.

— Шесть лет,— поднял голову Геральт,— за шесть лет никто ничего не сделал?

— Нет,— Велерад проницательно глянул на ведуна. — Скорее всего ничего тут не поделаешь, придется с этим смириться. Я имею в виду Фольтеста, нашего милостивого и возлюбленного монарха, что все еще приколачивает свои воззвания на развилках дорог. Только вот охотников здорово поубавилось. Недавно, правда, был один, так он пожелал обещанные три тысячи обязательно получить авансом. Ну, мы посадили его в мешок и бросили в озеро.

— М-да, жулья хватает.

— Угу, хватает, и даже больше того,— поддакнул градоправитель, не спуская с ведуна глаз — Поэтому мой тебе совет: когда пойдешь во дворец, не требуй золота вперед. Если, конечно, вообще пойдешь.

— Пойду.

— Ну, твое дело. Только не забудь о моем совете. Что же до награды, то последнее время стали поговаривать о второй части — я тебе говорил: принцессу в жены. Не знаю, кто это придумал, только ежели упыриха выглядит так, как рассказывают, то шуточка получается довольно грустной. Тем не менее желающих пролезть в родственники к королю оказалось достаточно. Конкретно — два сапожных подмастерья. Слушай, почему это сапожники так глупы, Геральт? А?

— Не знаю. А ведуны, градоправитель, пытались?

— Были и такие, а как же. Но обычно, узнав, что упыриху надо расколдовать, а не прикончить, пожимали плечами и отбывали восвояси. Отсюда в основном и пошло мое уважение к вашему брату, ведьмакам, прости за словечко, Геральт. Само вырвалось. Ну, а потом приехал один, помоложе тебя, имени не помню, может, он и не называл. Этот пытался.

— Ну и?

— Ну и зубастая принцесса растянула его кишки на половину полета стрелы.

Геральт покачал головой.

— Это все?

— Был еще один.

Велерад долго молчал. Ведун не торопил.

— Да,— сказал наконец градоправитель — Был, значит. Сначала, когда Фольтест пригрозил ему виселицей, если тот прикончит или покалечит упыриху, он только рассмеялся и стал упаковывать вещички. Но потом...

Велерад снова понизил голос почти до шепота и перегнулся через стол.

— Потом все-таки взялся. Видишь ли, Геральт, есть у нас в Вызиме несколько умных людей, некоторые даже в больших чинах, кому вся эта история обрыдла. По слухам, эти люди втихую убедили ведьмака отбросить всякие церемонии и волшебство, взять да и прикокнуть упыриху, а королю сказать, мол, чары не подействовали, доченька-де свалилась с лестницы, ну, в общем — несчастный случай на работе. Король, ясно дело, разозлится, но все кончится тем, что не заплатит твоему коллеге ни орена из обещанной суммы. Шельма-ведьмак на это: мол, даром, дескать, сами можете ходить на упыриную охоту. Ну, что было делать... Скинулись, поторговались.... Только ничего из этого не вышло.

Геральт поднял голову.

— Ничего, говорю,— сказал Велерад — Ведун не захотел идти сразу, в первую ночь. Лазил, таился, кружил по околице. Наконец, говорят, увидел упыриху в деле, потому что бестия не вылазит из склепа только чтобы расправить косточки. Так вот, увидел он ее и в ту же ночь дал деру. Не попрощавшись.

Геральт слегка искривил губы, что должно было, видимо, означать улыбку.

— Умные люди,— начал он,— вероятно, еще не растратили тех денег? Настоящие ведуны не берут предоплаты.

— Угу,— сказал Велерад,— наверно, не растратили.

— А по слухам, сколько там? Не знаешь?

— Кто говорит — восемьсот...— ухмыльнулся Велерад.

Геральт покачал головой.

— А кто,— буркнул градоправитель,— тысяча.

— Маловато, если учесть, что сплетни всегда преувеличи

59



Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?