Костёр 1986-08, страница 33

Костёр 1986-08, страница 33

— Нечаянно я...— заканючил Димка.— Нечего на дороге ведра ставить...

Мокрое крыльцо тронули лучи утреннего солнца, от ступенек пошел пар, как от только что вынутого из печки пирога.

Пантюшкин с отчаянием посмотрел на прилипшие к доскам мокрые вишневые листья и перевел взгляд на дорожку. Дед Ваня заканчивал ее подметать. Он макал метлу в бочку с водой, чтобы не было пыли, и деловито водил по дорожке перед собой. Белые следы безнадежно исчезли.

ПАТЕФОН В ГОЛОВЕ

Матвей Фомич ел макароны «спагетти». Их привезли в Гусиху из самой Италии в длинных нарядных пачках. Жители Гусихи разобрали макароны в один момент и теперь ели их, втягивая и присвистывая. Некоторые роняли на пол и удивлялись:

— И чего хорошего в них находят итальянцы?

То ли дело вермишель!

Пантюшкин еще вчера разделял общее мнение. Спагетти — праздная еда. Для тех, кому времени некуда девать. А рабочему человеку заглатывать по утрам макаронины — морока.

Сегодня Пантюшкин был мнения иного. Спагетти помогали ему думать. С каждой съеденной макарониной в голове возникала новая мысль.

На столе перед Матвеем Фомичом лежала улика, найденная на месте преступления,— красная расческа. Пантюшкин смотрел на нее и размышлял над образом подозрительного человека — Бори Бабулича, школьного истопника.

Видом своим Бабулич давно уже вызывал подозрение. Черные очки — вот что придавало особенную подозрительность Бориному виду. Хотя и одежда доверия не вызывала. Вытертые до пролысин джинсы и рубашка черного цвета. Где взял Боря такую рубашку, если в Гусихе ими не торговали? Джинсы вроде старые, а из прорези кармана золотая цепочка виднеется. Есть в этом какая-то тайна. Но самое странное — это как Боря разговаривал. Один раз Пантюшкин пришел в баню и встал за Борей в очередь за билетами. Пантюшкин спросил у кассирши:

— Почем веники?

А вместо нее Бабулич ответил:

— 30 экю.

Потом, когда мужики разошлись в парилке, начали хлестаться вениками и шуметь, Бабулич, сидевший на самой верхней полке, натянул на уши лыжную шапку и сказал возмущенно:

— Что вы тут устроили кордебалет?! Думать мешаете...

Мужики не поняли про кордебалет и замерли от непонимания с вениками в руках. Уже тогда кто-то заметил:

— Подозрительный человек, этот Бабулич...

В самом деле — о чем уж таком можно думать

в парилке?

Но всего этого было мало, чтобы обвинить истопника в краже телевизора. В конце концов,

мало ли на свете Борь, которые носят в карманах красные расчески? Сколько поездов через Гусиху ходит... Мог вор и из другого города приехать. Хотя ехать на поезде за старым телевизором глупо...

«Гиря от часов оторвалась ровно в полночь... Значит, преступник нес телевизор по поселку именно в это время и его мог кто-нибудь увидеть. Надо написать объявление...»

Супруга Клариса старалась Пантюшкина во время ответственных моментов не беспокоить. Он этого не любил. Она и сейчас бы вмешиваться не стала, если бы Пантюшкин так не ушел в себя. Он даже не заметил, как съел все макароны и теперь тыкал вилкой в пустую тарелку. Вот поэтому Клариса вмешалась:

— Моть, я думаю, это не Зимуха... Тот по-крупному работает. Помнишь, мы его задержали в гараже — он шины выкатывал?

— Зимуха! — усмехнулся Матвей Фомич.— Он давно в Гусихе не живет. А потом, в Гусихе брать нечего...

— А сберкасса!

— Там сигнализация...

— А восковой завод?! Для свечек самый сезон. Дачи... Там же электричества нет, дачники вечером зажигают свечки. Он их в электричке в момент продаст и озолотеет... А телевизор для отвода глаз. Пока мы телевизор ищем, он по-крупному...

Матвей Фомич не любил, когда жена была умнее его. Потому он Кларисину версию не принял. Отодвинул ее в сторону, громыхнув стулом, и нарочно ничего не сказал. Фуражку форменную надел и в дверь шагнул, под притолокой пригнувшись.

— В магазин я! — пробурчал спиной. А чтоб Клариса не подумала, что он за зубным порошком пошел, добавил: — На очную ставку!

Он так это сказал, и Клариса сразу поняла — ее Мотя умнейший мужик и на все у него свое мнение имеется.

Но душа ее была спокойна. У крыльца, возле нижней ступеньки, топор лежал. Матвей Фомич, с крыльца спускаясь, через топор перешагнул.

Клариса примету знала, если через топор перешагнешь, то обойдут тебя несчастья.

«ДЕТИ НОРОВЯТ ВПЕРЕД ВЗРОСЛЫХ»

В Гусихе магазин находился на отшибе и больше напоминал деревенскую лавку.

Пантюшкин оставил мотоцикл у крыльца магазина, подошел к двери и прикрепил на ней объявление, которое строго гласило:

«Граждан, заметивших что-либо подозрительное в ночь на 20-е июля, прошу зайти в отделение. Пантюшкин».

В магазине стояли женщины за ситцем. Ситец был с коричневыми и оранжевыми огурцами. Продавщица Люська Авдеева наматывала ситец

28

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?