Костёр 1987-07, страница 36

Костёр 1987-07, страница 36

Если бы сильная ненависть вызывала огонь, то от чувства Георга к фашистам они бы сгорели ярким пламенем. Таллин во время немецкой оккупации был городом страха. Военное положение, приказы, грозившие населению смертью за любое нарушение. Облавы на улицах. Ночные аресты.

— Я родом из Армении,— рассказывал мальчику Георгий. — В твои годы мечтал хоть одним глазом увидеть море. И знаешь, кем хотел стать? Капитаном дальнего плавания. Жили мы в горах, и эта мечта казалась несбыточной. Не думал, что война приведет меня на берег Балтики.

— Море как море, каждый день на него глядеть даже скучно. А я никогда не бывал в горах, — признался Георг. Советский офицер все больше ему нравился своим уважительным отношением. Не каждый мужчина вот так, заинтересованно, станет беседовать с мальчиком. Разве что отец. Но Георг осиротел три года тому назад. Отец был среди бойцов, оборонявших от фашистов Таллин.

— Куда теперь сворачивать? — поинтересовался пожилой солдат за рулем. — Не город, а лабиринт. Нашли кого слушать, товарищ старший лейтенант. Этот хлопец нас к черту на рога завезет. Вертимся, вертимся, бензина не хватит...

— Если не верите мне, поищите другого, — обиделся Георг на шофера. — Остановите машину, Георгий, я сойду.

Шофер нахмурился и больше до конца дороги не произнес ни слова.

— Мы тебе доверяем, тезка, — по-дружески положил руку на худое плечо мальчика офицер. Так Георга обнимал только отец, последний раз в первый день этой страшной войны.— А в городе у вас действительно трудно сориентироваться. Хорошо, что нам попался знающий человек. И в политике, видать, разбираешься. Можешь быть спокоен: мы покончим с фашистами.

— Ас «метса веннад»? —

торопливо спросил Георг, сам смутившись спешности реплики.

— И с «метса веннад» тоже.

Георгий заглянул на кухню, чтобы попрощаться с маленьким тезкой.

— Можно я с вами, Георгий. Я же весь Таллин знаю, пригожусь.

— Нельзя! — обрезал офицер. — Рад был бы твоей компании, но нельзя. А помочь мне ты можешь. Подскажи, как быстрее дойти до дома пастора.

Чего-чего, а этого Георг не ожидал. Зачем, спрашивается, советскому офицеру таллинский пастор?! Но на вопрос дал ответ. Объяснил, какой самый короткий путь до особняка пастора.

Георг долго смотрел вслед уходящему офицеру, и вдруг сорвался вдогонку. Подбежал к тезке, запыхавшийся.

— Я должен вам сказать... Помните... Пастор — очень плохой человек.

— Ты еще что-то знаешь? Говори, я умею хранить тайну.

— Все знают, он с фашистами дружил.

— Еще что?

— Хорошие люди его не любят. Разве этого мало? — удивился Георг.

Офицер тихо сказал: «Спасибо, товарищ Георг!»

Мальчику запомнился этот день тревожным предчувствием.

Конечно, Георгий бы за это не похвалил, ведь он запретил следовать за собой. Мальчик, пригибаясь, крался соседним переулком. Он перемахнул через дощатый забор в сад пастора. Прячась в кустах, он видел, как, услужливо кланяясь, хозяин особняка встречает советского офицера на крыльце. Мальчик не разобрал, о чем они разговаривали.

Георгий спустился с крыльца. Мальчик собрался его окликнуть. И тут ударила автоматная очередь. Коварная, неожиданная — в упор.

Офицер пошатнулся, словно споткнулся. Его рука не

успела дойти до кобуры. Он рухнул на землю. На груди быстро набухла покрасневшая шинель. Георг был . мальчиком военной поры, и он сразу понял, что к его другу пришла смерть.

По улице бежали советские солдаты.

— Он там, в подвале! — крикнул им Георг. .

Чем еще запомнился мальчику тот день? Он впервые в жизни услышал слово «чекист» и узнал, что Георгий из Армении был не только советским офицером, но и военным контрразведчиком. У Георгия были сведения, что пастор поддерживает связи с бандой «метса веннад». Контрразведчик, выполняя задание, направился в особняк, чтобы на месте разобраться в обстановке и прощупать настроение хозяина. Главарь банды прятался в подвале. Это был убийца, на счету которого было много преступлений против родного народа. Его ждало суровое возмездие за пролитую кровь. И на этот раз он выстрелил первым. Но это была последняя пуля бандита.

А вскоре чекисты уничтожили всю банду. «Пришел конец бешеным волкам», — говорили эстонцы.

...На военном кладбище Таллина на одной из могил лежит эта плита. «Старший лейтенант Саркисян Г. Т. Погиб в бою за освобождение Советской Эстонии», — написано на ней. Иногда сюда приходит уже поседевший мужчина. Раньше он бывал здесь с детьми, теперь за руку приводит внучонка, тоже Георга— Георгия. Здесь он рассказывает о храбром чекисте, погибшем при выполнении служебного задания.

Кто знает, быть может, последняя пуля бандита пронзила бы сердце эстонского мальчика, если бы чекист Георгий Саркисян не принял смертоносный огонь на себя. Недаром на эмблеме чекистов не только карающий меч, но и щит как символ защиты нашего будущего.

Н. ДЬЯЧЕНКО Рисунок Д. Титова

31

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?