Юный Натуралист 1974-09, страница 32

Юный Натуралист 1974-09, страница 32

34

нозобых казарок. Они живут на прудах вместе с другими водоплавающими и выделяются среди них удивительно красивой окраской. Три цвета в оперении краснозо-бой казарки — черный, белый и красный — распределены по туловищу весьма замысловато. Птица будто черная и сверху и снизу. Однако, когда смотришь на казарку, прежде всего замечаешь грудь и шею — они даже не красного, а какого-то особенного терракотового цвета и окаймлены белой оторочкой. Между глазом и маленьким аккуратным клювиком — белое пятно, часть перьев крыла и подхвостье тоже белые, а щечки — шоколадные с каемочкой. Ростом казарка чуть больше утки, но поменьше гуся, плавает и ныряет не хуже своих сородичей.

Но за одну красоту не попасть в список избранных, а ведь краснозобую казарку хотят включить в специальную Красную книгу особо охраняемых редких видов животных СССР. Гнездится она только в нашей стране, причем на очень небольшой территории — в тундре Таймыра, по низовьям Енисея и Оби, на восточном побережье Ямала. Значит, если казарка там исчезнет, не останется этой птицы нигде на свете.

Да, краснозобую казарку действительно можно назвать не только редким, но даже исчезающим видом. Мы поняли это, когда побывали в таймырской тундре и своими глазами увидели этих птиц на воле, в их обычной обстановке.

Было это на далекой и совсем пустынной реке Логате, самом крупном притоке Верхней Таймыры. Нашу небольшую экспедицию доставили к верховьям реки на гидросамолете, а потом мы спускались вниз по течению на резиновой лодке.

В конце июля в тундре царит короткое, но пышное и громкоголосое лето. Все северные растения расцветают разом, все птицы и звери торопятся вывести и поднять на ноги свое многочисленное потомство. Солнце не заходит за горизонт даже после полуночи; крики чаек, гусей, разных куликов не смолкают ни на минуту круглые сутки.

Лодка плыла совсем бесшумно. За каждым изгибом реки перед нами оказывались большие стаи линных гусей — по нескольку десятков и даже сотен птиц вместе. Во время линьки у гусей и казарок выпадают маховые перья, и птицы не могут летать — крылья у них куцые, голые. Хлопая ими по воде, застигнутые врасплох гуси отчаянно мчатся, поднимая каскады брызг. Самые хитрые выскакивают на берег, удирают со всех ног, а иногда смешно затаиваются между кочек, прижавшись к земле и вытянув шеи.

В этой безлюдной местности, где даже волки часто бродили у нас на виду, а пес

цы доверчиво подбегали к палатке, гуси оставались все такими же пугливыми и осторожными. Хотя их было очень много, подойти к ним близко не удавалось — они уплывали или прятались, едва заметив нас.

Однако уже в первый день мы увидели на реке небольшую стайку птиц, которые вели себя иначе. Они доверчиво плыли вдоль берега прямо навстречу нашей лодке. Это были краснозобые казарки. Вот уже можно без бинокля различить пеструю их окраску, белые пятнышки на головках, аккуратные черные клювы. Поравнявшись с лодкой, казарки лишь слегка забеспокоились от наведенных на них фотоаппаратов — они вертелись из стороны в сторону, но не думали нырять, уплывать или спасаться бегством. Наши ружья лежали на виду у птиц. Двумя выстрелами можно было уложить на месте всю эту стайку, но казарки не чувствовали никакой опасности, словно понимали, что мы исследователи, а не охотники.

Много раз встречались мы со стаями линных казарок, с их выводками, и все птицы были такими же бесстрашными. Если гуси удирали от нас, то с казарками мы, как правило, расходились на неширокой реке, точно встречные корабли. Случалось, птицы плыли впереди лодки, прямо перед носом, и нам приходилось выходить на сушу, проводить лодку вдоль самого берега, чтобы обойти их.

Может быть, краснозобые казарки ведут себя так только на далекой, безлюдной Логате? Оказывается, нет. Отсутствие страха перед людьми — свойство этой птицы. Правда, она не так доверчива, как знаменитая дикуша, позволяющая надевать себе петлю на шею. Однако любой, даже совсем неопытный охотник может подойти к казаркам на близкий выстрел. И потому им приходится часто расплачиваться жизнью за свою доверчивость, становясь легкой добычей охотников и браконьеров.

На Крайнем Севере до сих пор принято охотиться почти круглый год. Существующие правила охоты запрещают стрелять краснозобых казарок, но этот запрет часто нарушается. Рыбаки, местные жители и особенно участники различных экспедиций, которых теперь так много на Севере, нередко стреляют или ловят «краснозобиков», и птиц становится меньше и меньше. По всей тундре от Ямала до восточного Таймыра краснозобая казарка становится все более редкой.

Птица эта беззащитна не только перед человеком. Она не может самостоятельно защитить свое потомство от других многочисленных врагов — поморников, чаек, песцов, которые привыкли жить в тундре грабежом, разоряя гнезда других птиц, ро-едая маленьких беспомощных птенцов. И

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?