Пионер 1947-08, страница 26![]() ( Окончание.) Над свечой Яблочкова, над дугой Петрова склонился изобретатель из Полтавы Николай Николаевич Бен ар до с. У него к дуге особый подход: овет дуги его не интересует. Ему даже мешают её ослепительные лучи. Он глядит на дугу сквозь тёмные стёкла, как разглядывают затмение солнца. Среди кромешной тьмы в узком ореоле света, между двух раскалённых углей, плавится, пузырится и оплывает глиняная прокладка свечи. Не лучи дуги, а её нестерпимый жар приковал внимание Бенардоса. «Жар дуги так силен, — соображает Бенар-дос, —что в свече Яблочкова плавится, как воск, даже огнеупорная глина. Значит, и подавно расплавится металл... Значит, в свече можно плавить железо!» В новом, непривычном виде представляется ему свеча... Плавильная печь в кармане! Вагранка размером с карандаш! Кирпичная башня плавильной печи сказочным образом заменится тоненьким стержнем. Вихрем проносятся у Бенардоса в голове ослепительные выгоды этой замены. Не свечу видит Бенардос перед собой, а волшебную палочку, которой во всём подчиняется железо. Эта палочка чудодейственно исцеляет пороки и раны металла: словно скальпелем рассекает железо,, заживляет в нём раковины-язвы и сшивает в нём трещины, как игла. Всё яснее вырисовывается перед Бенардо-сом облик палочки-исцелительницы. В точности такой же, как свечу, делать палочку не стоит. Смысла нет зажимать железную пластинку в промежутке между углями. И не только потому, что железо проводит электрический ток даже лучше, чем угли. Ведь железо и плавится лучше, чем угли. Оно быстро выплавится из промежутка, и дуга соскользнёт к основаниям углей. Надо жечь дугу между угольными стержнями и совать в неё со стороны железный пруток, ка* сургучную палочку, в пламя спички. Один уголёк можно беспрепятственно выбросить, освободившийся провод подключить прямо к тому железному телу, над которым ведётся операция. Дуга вспыхнет между телом и оставшимся угольком. Этот уголь и надо держать в руке, а другою рукой совать в дугу железный пруток. И пруток расплавится, потеч т, как .сургуч, заплавляя раковины и трещины железного тела. Если жечь дугу без прутка, то дуга начнёт грызть железное тело, и за ней протянется глубокий разрез. Вот она, палочка-исцели-тельница: игла и скальпель! «Электроге-фест» —называет её Бенардос именем сказочного кузнеца Гефеста. Груды искалеченных машин и их деталей — сломанные рычаги, щербатые шестерни, лопнувшие станины —молят об исцелении. Но не только о них думает Бенардос. Размахнулся он на смелое дело: он решил восстановить кремлёвский «царь-колокол». Полтораста с чем-то лет назад литейный мастер Иван Маторин с сыном отлил исполинский колокол в 12 327 пудов 19 фунтов весом. Поднимал этот колокол на колокольню Ивана Великого изобретатель Леонтий Шам-шуренков хитроумно придуманным снарядом. Но внезапный пожар охватил деревянные подмостки. Колокол в жару раскалился докрасна. На него плеснули водой, он треснул. А когда, подгорев, рухнули подмостки, отвалился от колокола осколок. С той поры возвышается колокол на каменном подножье, как большой бронзовый шатёр, и чернеет в его боку пробоина широкая, как ворота. Сл(учай погубил замечательное создание русских мастеров, и теперь из-за сотни лет тянет им руку помощи .другой русский мае- 23
|