Техника - молодёжи 1967-12, страница 35

Техника - молодёжи 1967-12, страница 35

у западного берега Южной Америки и по чистой случайности, в поисках груза, зашел в перуанский порт Кальяо. В Перу шла война за независимость. Войска генерала Хозе де Сан-Мартина подступили к столице испанского вице-королевства—Лиме. Высшая знать и католическое духовенство, покинув свои замки, бросились в Кальяо. Они бежали от возмездия патриотов, прихватив с собой все ценности, которые награбили и нажили за долгие годы испанского господства в этой богатой стране. Из Лимы обозы мулов доставили на причал порта огромную груду сокровищ. Чего здесь только не было! И золотые слитки, и распятия, усыпанные бриллиантами, и сабли, эфесы которых переливались драгоценными камнями, и жемчужные ожерелья, и тяжелые платиновые браслеты с рубинами и изумрудами. А рядом — огромные золотые сосуды, кубки, прочая утварь многочисленных католических храмов Лимы. Среди невообразимых богатств особо выделялась отлитая из чистого золота почти двухметровая статуя пресвятой мадонны с младенцем на руках... Всю эту сверкающую и переливающуюся на . солнце груду лимская знать собиралась погрузить на какой-нибудь корабль и переправить в Испанию. Но — увы! — ни одного судна в порту не было. Между тем армия Сан-Мартина неотвратимо приближалась к Кальяо...

Случайно вошедшая в гавань «Мэри Диир» была для испанской знати последним шансом спасти от повстанцев ценности. Начались переговоры. За огромное вознаграждение капитан Томпсон согласился переправить сокровища через океан в Барселону. Когда золото погрузили на шхуну, Томпсону было приказано ждать окончательного решения испанского вице-короля. Видимо, владельцы бесценного груза боялись выпускать «Мэри Диир» в море без конвоя и ждали, что в порт войдет какой-нибудь корабль роялистов.

Наступила ночь 7 сентября 1841 года... Томпсон не смог устоять перед искушением. Его матросы перебили у трюма часовых и, обрубив якорный канат и швартовы, подняли паруса. «Мэри Диир» выскользнула из гавани в море. И все-таки беглецов заметили. На берегу началась паника. В это время в порт входил перуанский фрегат. Немедленно с берега к нему устремилась шлюпка. Один из сидящих в ней офицеров что-то прокричал капитану фрегата, и корабль, развернувшись на внешнем рейде, понесся за шхуной вероломного американца Началась погоня. Однако легкая на ходу «Мэри Диир» без труда ушла от преследования и вскоре скрылась за горизонтом.

«Куда спрятать сокровища? Где укрыть их от жадного взора?» — в сотый, в тысячный раз спрашивал себя Томпсон.

Бросив взгляд на карту, он в трехстах милях к северо-востоку от Галапагосских островов увидел Кокос. Томпсон никогда не был там, но слышал, что на острове обитают лишь всевозможные гады. Лучшего места для сокрытия лим-ских сокровищ нельзя было и придумать. Шхуна взяла курс на Кокос. На четвертый день плавания, когда за кормой осталось 900 миль и ценности были поделены между капитаном и командой, «Мэри Диир» подошла к острову. Три дня ушло на то, чтобы переправить со шхуны на берег десятки тонн золота и спрятать его в укромном месте. Когда все, наконец, было надежно укрыто и Томпсон отдал команду выбирать якорь, в бухту ворвался фрегат роялистов. Тот самый, который начал погоню за шхуной с рейда Кальяо Его командир догадался, что самое подходящее место, куда могла направиться «Мэри Диир», — стоящий в стороне от морских дорог Кокос. Расчет оправдался — преступников схватили. Испанцы не стали тратить времени на суд — команда «Мэри

Диир» была вздернута на ноках рей фрегата. Повесили всех, кроме капитана и его старшего штурмана. Этих двоих оставили с расчетом на то, что под пытками они укажут место, где зарыли сокровища. Те упорно молчали. Фрегат снялся с якоря и направился в Панаму. Там укрылись бежавшие от повстанцев правители вице-королевства. Во время плавания Томпсона и его старшего штурмана заковали в кандалы и бросили в канатный ящик. Вскоре штурман, заболевший на Кокосе желтой лихорадкой, умер. А единственному очевидцу, который знал тайну запрятанных ценностей, удалось в Панаме каким-то чудом бежать. Впоследствии он поселился на Ньюфаундленде, где прожил двадцать лет. За это время он неоднократно мечтал посетить остроа Кокос и откопать клад. Но средств для этого у Томпсона не было.

Подружившись с Джоном Киттингом, престарелый американец понял, что с капитаном можно сговориться и вывезти на его бриге сокровища с далекого острова. Поразмыслив, англичанин согласился, и они ударили по рукам. Договорились после выгрузки в Веракрусе подготовить бриг к плаванию, заменить трех не вполне надежных матросов и идти вокруг мыса Горн на Кокос. Но в мексиканском порту Томпсон тяжело заболел и слег в кровать. На смертном одре Томпсон передал Киттингу карту острова, где крестом было обозначено место зарытых сокровищ, а также указаны - направление и расстояние от последнего ориентира до потайного входа в «золотую» пещеру.

Киттинг не замедлил отправиться на Кокос. На этот раз его компаньоном стал капитан Боуг. После длительного и трудного плавания вокруг мыса Горн судно Киттинга подошло к острову. Капитаны решили не посвящать команду брига в свою тайну и отправились на берег под видом охоты. По карте они быстро отыскали потайной вход и оказались в пещере среди несметных богатств Лимы. Набив карманы драгоценностями, Киттинг и Боуг вернулись на корабль. На «охоту» они стали ездить каждый день. Но шила в мешке не утаишь! Команда брига поняла истинную цель захода на Кокос и решила тайно проследить путь капитанов в глубине острова. Киттинг с Боугом заметили слежку и изменили маршрут. Тогда на следующий день матросы предъявили своему капитану мешок с бриллиантами, который они обнаружили в его каюте. Команда требовала дележа добычи и предложила открыть тайну клада. На размышление Киттингу и Боугу дали десять часов. Ночью капитанам удалось бежать: они отвязали шлюпку, доплыли до берега и укрылись в джунглях. Поиски беглецов и клада продолжались неделю. Но ни пещеру, ни Киттинга с Боугом не нашли.

Тогда команда вернулась на корабль, поделила между собой изъятые из капитанской каюты бриллианты, подняла паруса и ушла от острова прочь...

Через месяц к Кокосу подошло американское китобойное судно. Моряки отправились на остров пополнить запасы пресной воды и набрать кокосов. На берегу их встретил истощенный бородатый человек с безумным блеском в глазах. Это был Киттинг. Он рассказал, что его команда, подняв мятеж, захватила бриг, а его высадила на берег. О Боуге Киттинг не упоминал. Предполагают, что он убил его в пещере при дележе клада.

С китобоями Киттинг вернулся на Ньюфаундленд. Говорят, ему удалось тайно провезти всего лишь горсть драгоценных камней. Впрочем, их хватило Киттингу на целых семь лет, до конца его жизни. Перед смертью он открыл тайну клада своему другу Фицджерельду. Но тот, не имея средств, не сумел организовать экспедицию за сокровищами. Примерно в эти годы тайна острова Кокос получила в Америке огласку — и сокровища Лимы стали будоражить умы кладоискателей. К Кокосу потянулись охотники за золотом.

Теперь уже трудно сказать, что заставило Фицджеральда обнародовать историю Киттинга. Достоверно известно одно: подлинная карта, вычерченная самим Томпсоном, сменив нескольких владельцев, попала в 1926 году в руки знаменитого британского автомобильного гонщика Малькольма Кэмпбеллз. Но о нем несколько позже.

Все, кто после Киттинга искал пещеру, уезжали с Кокоса ни с чем: карта Томпсона стала почему-то неверна. Кто знает, может быть, Киттинг перед смертью раскаялся в убийстве Боуга и изменил карту с целью запутать будущих претен

31

I

>

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?