Техника - молодёжи 1996-02, страница 47

Техника - молодёжи 1996-02, страница 47

гладкую поверхность, и он застывал. Затем каждый кружок, пока еще не остыл, клали на штемпель, прижимали стержнем, ударяли по нему молотком — и монета готова.

Постепенно литые заготовки заменили коваными. Прямоугольный слиток расковывали в тонкий лист, который позволил ввести своеобразную "механизацию": чеканщики помещали под штемпель пачку заготовок и одним ударом делали сразу несколько монет (конечно, по качеству нижние уступали верхним). В основном они были мелкие, диаметром 2-3 см.

Подлинную революцию в производстве заготовок произвел цан (рис.1). Он состоял из двух гладких валов. Нижний закреплен 8 станине, верхний перемещается вверх и вниз. Постепенно уменьшая зазор между ними, за несколько проходов из слитка получали полосу нужной толщины.

Поскольку в России, от Дмитрия Донского до Петра I, деньги чеканили из серебряной проволоки, то вместо цана применяли волочильную доску. Это металлическая пластина с отверстиями, каждое по диаметру чуть меньше предыдущего. Через них поочередно и протаскивалась проволока, пока не достигала необходимого размера. Из ее маленького кусочка штамповали монету весом не более 3 г.

По мере развития торговли денег требовалось все больше, и становилось неудобно рассчитываться мешочками мелких монет. Нужны были крупные номиналы, а значит, и большие по габаритам денежные знаки, с

большой винтовой пресс. На длинные симметричные концы его ворота надевались грузы весом иногда до 100 кг. Достигающее огромных величин усилие позволяло чеканить высокорельефные монеты и медали практически любого размера и веса, лишь бы не лопнули штемпели. Интересно, что веками, как символ надежности и качества денег, на них помещали изображение балансира. Его единственным недостатком был длительный цикл работы, ведь невозможно избавиться от обратного хода винта для подъема штемпеля.

Сегодня балансиры можно увидеть разве что в запасниках монетных дворов — их сохраняют для производства копий высокорельефных произведений искусства, которые они некогда чеканили.

Но если для талера было важно качество, то для мелкой монеты — количество. И вот кто-то из мастеров в середине XVI века догадался на валы цана установить штемпеля — получилась вальцевальная машина (рис.4). Тогда же появилось приспособление для вырезания монетного кружка. Сочетали эти устройства по-разному: на одних дворах сначала вырубали кружки, а затем направляли их между валами, на других — наоборот, В любом случае вальцевальная машина — достаточно сложный многооперационный автомат.

Она проработала на многих европейских дворах до конца XVIII века и, обладая высокой призводительностью, могла бы исполь-да подвела эстетика-

высоким содержанием драгоценного ме-

ника. И ее создали в эпоху Возрождения.

Прежде всего это молотовой снаряд (рис.2). Есть сведения, что его изобрел сам Леонардо да Винчи. Агрегат состоял из основания с наковальней, к которому крепилась рама с блоком, Через него на веревке подвешивался "снаряд"— чаще тяжелое бревно. На наковальне крепился нижний штемпель, на "снаряде"— верхний. Подмастерья подтягивали "снаряд" вверх, отпускали, удар по заготовке — и оставалось только убрать отчеканенную монету.

Для своего времени молотовой снаряд был колоссальным достижением, недаром он применялся вплоть до начала XIX века. Но, конечно, его возможности были существенно ограничены. Ведь монета — не свая, по ней не ударишь несколько раз, иначе изображение сместится и выйдет брак. Ее надо изготавливать лишь за один ход штемпеля, что очень непросто.

Самые крупные и красивые монеты Европы (талеры), с искусно выполненными изображениями, что в какой-то мере страховало от подделки, появились с изобретением балансира (рис. 3). Он представлял собой

не хуже *. И в 1723 г. заработал Санкт-Петербургский монетный двор, оснащенный по последнему слову техники.

И наконец, важнейшее в денежном деле изобретение, без которого уже почти 200 лет не обходится ни одно монетное производство. Это кривошипно-шатунный пресс (рис. 5), созданный в 1810 — 1813 гг. механиком Иваном Афанасьевичом Неведом-ским. Судьба его детища, к сожалению, печальна. В 1811 г. он издал о нем книгу на русском и французском языках со всеми чертежами, но не получил поддержки. Пресс нигде не применили, сам же механик умер в 1813 г.

А в 1817 г. немецкий механик Ульхгорн изобрел "машину для чеканки с коленчатым рычагом", которую и закупила Россия в 1840 г. Она, помимо кривошипно-шатунно-го пресса, имела устройства для подачи кружков под штемпель, для регулирования его нажима, автоматически отключалась при отсутствии кружка, обладала еще рядом новшеств. В минуту выдавала 70 монет, тогда как ручная чеканка — 6, балансир — 30.

И хотя современная техника довела производительность до 200 штук в минуту, что-либо принципиально иное в суть технологии она не привнесла. Отнюдь не преувеличением будет сказать: со времен Неведом-ского и Ульхгорна никаких кардинальных производстве монет не появи-

В заключение все же надо подчеркнуть, что изобретателям, которые мучились над тем, как лучше сделать деньги, есть чем гордиться, они оставили солидное наследство. Присмотритесь повнимательнее ко многим нынешним технологиям — и вы увидите, что, например, в основе современного прокатного стана величиной с дом — все те же два вала, из которых состоял старинный цан. Машины для забивания свай — это фактически молотовой снаряд Леонардо. А уж кривошипно-шатунные прессы можно увидеть во многих цехах.

1й двор, но в кратк!

Да-да, не удивляйтесь. Классицизм предъявил свои требования не только архитектуре, искусству, но и монетному делу. А деньги, отчеканенные вальцевальной машиной, имели овальную форму, непропорциональное изображение, были S-образно изогнуты. Что и понятно, ведь в то время рисунок штемпеля делали на цилиндре вручную, а значит, перенести его на плоскость без искажений было практически невозможно.

Но вернемся в XVI век. Талеры уже в ходу,

торожных выражен

л о предпо-1, сообщает

э 55-

ливают серебро с их краев. Требовалась защита. И она — а это надпись на гурте — впервые появилась на французских экю в 1577 г. Ее сделал с помощью специального кольца Обен Ольвье, работавший на Парижском монетном дворе.

А в конце XVII века в Англии была изобретена гуртильная машина, которая прокатывала монетный кружок между двумя планками с нанесенными в их углублениях надписями или рисунком. Начальником Лондонского двора был Исаак Ньютон, и авторство изобретения приписывается именно ему.

Петр I, посетив великого ученого и восхитившись лучшей в Европе денежной "фабрикой", поклялся построить в своей столице

1 отсутствие прямы» I, будто личное знака "5-летнего Петра сс весьма заманчива и разделяется многими историками и литераторами. Вот и Владимир Карцев, выпустивший в 1987 г. в серии "ЖЗЛ" книгу "Ньютон", сведениями из которой, в частности, и воспользовались мы здесь, утверждает: "Невозмож-

многих посещений Петром Тауэра и Монетного двора там не было бы Ньютона. Совершенно оче-

тителей Петра и Брюса с проводимой им Боль-

Т Е X Н И К А - М ^НЦ Е ж И 2' 9 6

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?