Техника - молодёжи 1998-07, страница 57![]() К Л У в л ЮБИТЕЛЕЙ ФАНТАСТИКИ Жизнь Виктора Широкова, поэта, философа, интеллектуала, загадочно распадается на две неравные части. Первая длилась ровно полвека, с апреля победного 1945 года, когда он появился на свет в старинном граде Молотове, который был и снова стал Пермью. В порицаемую теперешними СМИ застойно-сыто-цветущую эпоху Широков вполне реа- Окончил мединститут. Потом ординатуру на кафедре глазных болезней. Практиковал как хирург, многим нашим согражданам вернув бесплатно, как тогда велось, зрение. Одновременно учился в Литературном институте, издавал книги медитативно-философских стихов, писал эссе, очерки нравов, рецензии. В общем и целом, преуспевал на Часть вторая бытия Виктора Широкова — странная, даже фантастичная, — началась неожиданно, как июльская гроза. Три года назад попал он в крупную автомобильную аварию. Слава Вседержителю, отделался легко, если не считать сотрясения мозга и того, что на породистом носу глазного хирурга запечатлелись рубцы, напоминающие то ли зодиакальный знак созвездия Льва, то ли созвездия Скорпиона. Чуть позднее выяснилось, что, помимо телесных, воспоследовали сотрясения и духовные. Широков в одночасье вспомнил основательно подзабытый английский язык. С еще большим удивлением обнаружил, что знает наизусть (с любой строки!) "Одиссею" Гомера в переводе Жуковского, которую он прочитал лишь однажды, еще когда Пермь была Молотовым. И наконец, чудом уцелевший в аварии поэт и философ начал вдруг сочинять фантастическую прозу — ироническую, иррациональную, с легким постмодернистским уклоном. Три романа, четыре повести, множество рассказов — таков послужной список фантастического новобранца за два года Диковинная метаморфоза Широкова, которого я знаю уже четверть века, нежданно-негаданно подтвердила девиз его юности: "Не бойся жизненных потрясений". Чудны дела твои, Господи! Юрий М. МЕДВЕДЕВ ™ ЛОВУШКА И тут он услышал: "Приглашаются только мужчины старше пятидесяти лет, с явными признаками облысения, пользующиеся для коррекции зрения очками или контактными линзами, имеющие дефекты зубов, конечностей, а также страдающие перемежающейся поте- Таковым будет предложено уникальное средство "Дежа-вю" фирмы "Максипримаэкстрасуперлюкс интернейшнл", излечивающее все мыслимые и немыслимые недуги. Адрес, по которому следует обратиться, следующий: Москва, Тверской бульвар, 25. Флигель во дворе по правую руку. У входа во флигель вас встретит темнокожая девушка в белом костюме со значком фирмы, представляющим собой флуоресцирующий кружок красного цвета, на котором в центре находится ярко-зеленый крестик. Время посещения фирмы строго с четырех до половины шестого вечера. Не пропустите свой шанс! Прием проводится только сегодня! Лиц женского пола и мужчин моложе пятидесяти лет просьба не беспокоить. Входные двери флигеля снабжены специальным считывающим возраст и пол желающих войти устройством на молекулярном уровне, не позволяющим проникнуть в здание нежелательным элементам. Благодарим за внимание". Незнакомый механический голос, передающий это странное объявление вместо всегдашних популярных песен на волне радио "Надежда", умолк и через несколько мгновений загундел снова: — Приглашаются только мужчины старше пятидесяти лет... Механический радиоголос звучал успокаивающе, даже усыпляюще. Капли звуков, будто мелкий дождь, скользили по внешней стороне сознания, не попадая, вроде бы, внутрь. Тело налилось восковой неподвижностью, и Владимир Михайлович ощу тил, что все его движения замедленные, словно кадры в видюшнике, когда включили не ту скорость воспроизведения. Явь приобрела черты сновидения, не исказив при этом ни обычных реакций, ни свойства запоминать происходящее, одновременно видя себя как бы со стороны. Отговорив второй раз, голос исчез. Наступила потрескивающая тишина. Владимир Михайлович Гордин подождал немного и посмотрел на свои старенькие механические часы "Слава". Было час пополудни с минутами. Любопытное совпадение, но именно в шестнадцать часов возле памятника Пушкину у него было назначено деловое свидание с неким книжником Игорем, часто за последнее время встречаемым в салоне у Чапкиной или в магазине на Новом Арбате. Игорь обещал принести несколько раритетов по сходной цене (лето — мертвый сезон для книготорговых операций), наиболее лакомыми из которых представлялись издания "Алисы в стране чудес" конца прошлого века и "В Зазеркалье" 1924 года с обложкой Д.Митрохина. А искомый дом на Тверском бульваре, заявленный по радио, располагался от памятника Пушкину рукой подать, тем более, что четверть века назад Владимир Михайлович имел честь учиться в институте, который тоже располагался по указанному адресу. Пасьянс событий благополучно сходился, совпадая почти по всем параметрам за исключением одного: Гордин решительно не верил никаким объявлениям и обещаниям. Из всей своей достаточно долгой жизни он вывел одно неукоснительное правило: никуда не ходить, ничего не желать, все равно обманут. Кто обманет, было неясно, а вот объект обмана был всегда налицо — Владимир Михайлович Гордин, редактор и переводчик, собственной персоной, прошу любить и жаловать, да только не обжуливать. И все-таки наш Фома неверующий стал после услышанного объявления действовать более энергически: побрился, погладил светлые джинсы и такого же цвета кофе с молоком джинсовую рубашку, заварил погуще растворимый кофе (без всякого молока), выпил, оделся и вышел навстречу судьбе. 3 Транспорт (автобус и метро) довезли его до места встречи с книжником-офеней без проблем и заблаговременно. Тлевший в глубине души испуг перед возможным терактом (взрывом на транспорте) понемногу угас и улетучился. Озадачивало только то, что, несмотря на дневное время, повсюду было относительно малолюдно и сумрачно. В метро, где свет искусственный, Владимир Михайлович этого, естественно, не ощущал, но, поднявшись по'эскалатору и выйдя к фонтанам, решил, было, что что-то перепутал: небо было мрачно-серым, почти черным; тускловато горели, отсвечивая желтизной, стилизованные под старину фонари возле памятника; ветра не было, но какой-то мистический сквозняк ерошил немногие волосы на макушке путника, приподнимая их словно в фильме ужасов. Скамейки около фонтанов пустовали, только на пятачке около памятника национальному гению прохаживалось несколько поддатых лиц типично "кавказской национальности" неопределенного возраста, и с пяток непристроенных представителей и представительниц первой древнейшей профессии, впрочем, по внешнему виду давно списанных в тираж и не вышедших на пенсию только по случаю безнадежно затянувшейся постперестройки, неуспешно пытались заарканить потенциальных клиентов, Брюнеты на все их примитивные ухищрения реагировали довольно вяло, они хотели юных девочек и мальчиков, а принятый вовнутрь алкоголь, наверное, не действовал в полную силу, меняя точность и остроту зрения мрачнолицых гигантов современного секса. Владимир Михайлович посмотрел вправо, туда, где возле могучего новодельного особняка "Известий" виднелся магазин "Пирамида", чем-то действительно напоминающий египетское сооружение, брошенное на шахматную доску столичного разно-строя. Внезапно, буквально на несколько мгновений, брызнули тревожные лучи невесть откуда взявшегося заката, разрезав черно-серую перспективу и высветив на переднем плане странную пару — мужчину и женщину (причем в противогазах), полуобнаженно пляшущих исступленно-жуткий танец, одновременно похожий на приуготовление к соитию и на ритуальное прощание с умершим. Багровые лучи раннего заката прихотливо очертили и некое облачко, напоминающее освежеванный обезглавленный труп, и сразу же погасли, оставив в Гордине послевкусие неизжитого испуга и невезухи. 4 Владимир Михайлович сел на скамейку, на правый полукруг, как обычно, и начал листать свой затрепанный ежедневник. Стран Т Е X Н И К А - М О Л О Д Е Ж И 7 9 8 ЕИ
|