Техника - молодёжи 1995-05, страница 45

Техника - молодёжи 1995-05, страница 45
ВЕЛИКОЛЕПНАЯ ЧЕТВЕРКА

В 1932 г. уже порядком устаревший ледокольный пароход "А.Сибиряков" впервые за одну навигацию прошел трассу будущего Северного морского пути. В следующем году подобный вояж предстояло совершить "Челюскину", однако его затерло, а потом и раздавило льдами — среди прочих факторов сказалась и нехватка судов, которые помогли бы ему преодолеть СМП. Поэтому в июне 1934 г. Совет Народных Комиссаров СССР принял решение пополнить арктический флот мощными ледоколами. Технический проект № 51 новых судов подготовил коллектив Судопроекта под руководством К.К.Бохане-вича, рабочий — сотрудники Конструкторского бюро судостроительного завода имени Серго Орджоникидзе, чертежи машин приобрели у английской фирмы "Армстронг".

В качестве прототипа взяли отлично зарекомендовавший себя в Арктике "Красин" (бывший "Свято-гор"), представлявший собой усовершенствованный вариант первого ледокола "русского типа" — знаменитого макаровского "Ермака". Форштевень с наклоном 25 градусов выполнили из двух стальных отливок весом 24 т, ахтерштевень из 34-тонной. Толщина обшивки корпуса в носовой части достигала 32 мм, в средней и кормовой — 35 мм, шпангоуты расположили с интервалом в 305 мм. Ледовый пояс толщиной 40 мм проходил в 0,6 м выше и 5,7 м ниже ватерлинии.

Силовая установка состояла из 3 вертикальных машин тройного расширения, пар для которых вырабатывали 9—10 цилиндрических огнетрубных котлов, потреблявших уголь. Три стальных гребных винта со съемными лопастями весили по 14,9 т и имели диаметр 4,4 м.

Электроэнергией суда обеспечивали пародина-мическая машина мощностью 25 кВт и аварийная электростанция, размещенная на верхней палубе. Водоотливная система могла откачивать из поврежденных отсеков до 3500 т воды в час.

За второй дымовой трубой оборудовали катапульту и ангар для трех гидропланов, применявшихся для ледовой разведки. После войны, в 50-е годы, ее заменили вертолетной площадкой.

20 октября 1935 г., в Ленинграде, на Балтийском заводе, заложили головной ледокол новой серии "И.Сталин" и однотипный "В.Молотов", а спустя месяц, на николаевском заводе имени Марти (ныне имени Носенко) — "Л.Каганович" и "О.Шмидт".

В1938 г. только что поднявшему флаг "И.Сталину" устроили проверку в Арктике — вместе с ледорезом "Ф.Литке" он должен был прорваться к дрейфовавшему в Северном Ледовитом океане пароходу "Г.Седов" и вывести его на чистую воду. Суда достигли 83 градуса северной широты, встретили 10-балльный торосистый лед и были вынуждены вернуться, когда до цели оставалось всего 50 миль.

В 1939 г. "И.Стапин" совершил второй экспериментальный рейс, прошел из Мурманска к бухте Тик-си и обратно, что по тем временам было выдающимся достижением. А в декабре все-таки вызволил "Г Седов" из ледового плена. За это ледокол наградили орденом Ленина, а его капитан М.П.Белоусов был удостоен звания Героя Советского Союза.

Великая Отечественная застала "И.Сталин" в Арктике, на ремонте. В августе 1941 г. он вместе со старым ледоколом "Ленин" (бывший "Александр Невский") под охраной эсминцев перешел из Мурманска в Карское море а в октябре перебазировался в Архангельск — в советские северные порты пошли союзнические конвои и нужно было обеспечивать проводку транспортов через замерзающее Белое море, поскольку Мурманск немцы почти непрерывно бомбили. В ноябре судно вооружили четырьмя 45-мм пушками и пулеметами.

"В.Молотов" так и остался на Балтике, в 1941 — 1942 годах он совершил несколько рейсов между Ленинградом и Кронштадтом, а потом его сдали на долговременное хранение.

"О.Шмидт" заложили в ноябре 1935 г., спустили на воду в 1938 г. (чуть позже "Л.Каганович"), а в следующем переименовали в "А.Микоян". В июне 1941 г. ледокол проходил сдаточные испытания, а 26 августа

его вооружили тремя 130-мм орудиями, четырьмя 76.2-мм пушками, таким же количеством пулеметов и зачислили в состав Черноморского флота в качестве вспомогательного крейсера. И сразу отправили в бой к осажденной румынами Одессе. Там "А.Микоян" едва ли не каждый день обстреливал позиции противника. Тогда на нем побывал фронтовой корреспондент газет "Правда" и "Красный флот", писатель-маринист Л.С. Соболев. "В 6.45 открыли огонь по Фонтанке, дистанция 90 кабельтовых. Около 8 ч перешли на поражение. В 8.05 с берега, открытым текстом: "Давайте, давайте, замечательная стрельба!" Выпустили 93 снаряда, — записал 16 сентября Соболев. — В 9.58 начали обстрел. После первого залпа, сразу: "Поражение через 10 с". 10.36 — прекратили огонь по команде с берега. Расход — 95 снарядов".

Однако использовать мощные ледоколы в несвойственной им роли было явно нецелесообразно, тем более они позарез требовались в Арктике. В ноябре "А.Микоян" разоружили, ибо этого требовали международные правила прохода иностранных судов через контролируемые Турцией проливы. 25 ноября ледокол вышел из Туапсе, миновал Босфор и Дарданеллы и оказался в Средиземном море. Там его атаковали итальянские торпедные катера, но командир корабля, опытный военный моряк, капитан 2-го ранга С.М. Сергеев, уклонился от выпущенных ими торпед (от-биваться-то было нечем!) — судно отделалось несколькими пулеметными пробоинами. Затем "А.Микоян" двинулся через Суэцкий канал, пересек два океана и прибыл в восточный сектор Северного морского пути, там Сергеев сдал ледокол полярному капитану Ю.К.Хлебникову. А тот привел судно в Архангельск, где на него поставили четыре 76.2-мм пушки и по четыре крупнокалиберных и обычных пулемета.

В 1942 г. "АМикоян" и "Л.Каганович" встретились в бухте Провидения и приступили к проводке транспортов со стратегическими грузами. Для немцев не было секретом, что навигация в заполярньх морях немыслима без крупных, как тогда говорили, линеи ных ледоколов, и они старались всеми силами если не уничтожить, то, по крайней мере, надолго вывести их из строя.

.."И.Сталин" находился в море уже три недели, запасы угля подошли к концу. Ледокол встал у острова Сосновец, там к нему ошвартовался пароход "Правда", и экипажи занялись перегрузкой топлива. 15 января 1942 г. вахтенные заметили низко летевший немецкий самолет, подняли тревогу, но было поздно — комендоры успели сделать лишь 8 выстрелов, не причинив противнику заметного вреда, а тот сбросил 4 бомбы. Три разорвались в воде, рядом с ледоколом, а вот последняя угодила в корпус, над вторым котельным отделением. Погибло четверо моряков, 17 получили ранения, вышло из строя два орудия, в бортах и надстройках образовались 102 пробоины, разорвало трубопроводы и кабели электропитания, в отсеки хлынула вода, ледокол потерял ход. Только через 10 ч экипажу удалось ввести в действие 6 котлов, но этого оказалось недостаточно, и "Правде" пришлось взять "И.Сталин" на буксир и отвести на базу.

А в мае "И.Сталин" выручил коллег из Совторгфлота. Встречая очередной союзнический конвой PQ-16, изрядно потрепанный немцами, он отбуксировал в порт назначения подбитый транспорт "Чернышевский".

...26 ноября "А.Микоян" вместе с охранявшими его боевыми кораблями шел неподалеку от полуострова Канин. "Ночь была лунная, ясная, море спокойное, и вдруг взрыв, — рассказывал капитан Хлебников. — Посыпались магнитные компаса, гирокомпас остановился, сорвало с мачты антенну радиопеленгатора. Доложили, что двоих вахтенных комендоров у кормового орудия взрывной волной сбросило за борт, спасти их не удалось. Но бортовые машины работали..." После злополучного взрыва немецкой донной мины в корпусе ледокола образовались трещины, пришлось на время остановить и третью машину. Тем не менее "А.Микоян" своим ходом добрался до Иоканги, где его быстро починили.

В 1943 г. в Карском море и море Лаптевых все чаще стали появляться немецкие подводные лодки,

усилилась в той акватории и минная опасность Поэтому линеиные ледрколь вновь перевели в Белое море и вернули, когда возросли перевозки по Северному морскому пути. Это была весьма солидная операция — для прикрытия ледоколов "И.Стапин", "Л.Каганович", "Красин" и "Ф.Литке" выделили почти всю Беломорскую флотилию, эсминцы Северного флота, по маршруту провели тща ельное траление, у побережья северной Норвегии развернули подводные лодки, которым предстояло атаковать вражеские надводные корабли, если те появятся в Баренцевом море.

В октябре 1944 г. ледоколы отправили в Архангельск, благо налеты неприятельской авиации на этот порт почти прекратились. И вновь переход обеспечивали крупные силы Северного флота Не напрас но — конвоировавшие суда эсминцы неоднократно обнаруживали немецкие субмарины, несколько раз сбрасывали на них глубиннье бомбы и отгоняли от подопечных. Сами ледоколы шли по большим глубинам — там было меньше шансов подорваться на донных минах, зато возрастала опасность быть атакованным подводным врагом, но эскор" отлично справился со своим делом, и все обошлось вполне благополучно.

После этого "И.Сталин", "Л.Каганович", "А Микоян" и "Красин" проводили через льды союзные транспорты, доставлявшие в Советский Союз военные грузы, а на обратном пути — с ратегическое сырье для промышленности Великобритании и США.

Так было до конца войны, после которой линеиные ледоколы вернулись к мирной службе в арктических морях. Через некоторое время к ним присоединился "В.Молотов". Вместе с предшественниками — "Красиным", "Ермаком" и "Ф.Литке' они добросовестно трудились на Северном морском пути. Так было до 60-х годов, когда арктический флот стали пополнять дизель-электрические ледоколы финской постройки, по сравнению с которыми паровые сталинцы' выглядели довольно устаревшими. Поэтому возникла идея омолодить неко орые из них.

В 1953 — 1958 г одах "И.Сталин" поставили на модернизацию. Перестроили всю надводную часть: вместо двух высоких дымовых труб смонтировали одну широкую, надстройки объединили, получив нечто подобное судам финскои постройки, полностью заменили радиотехническое оборудование, силовую установку перевели на жидкое топливо.

Автору этих строк в 1962 г. довелось пережить не ожиданное приключение Теплоход "Забайкалье", на котором я шел из Владивостока на Сахалин, застрял во льдах неподалеку от порта Корсаков Через пару часов к нам приблизился большой ледокол, не снижая скорости, обогнул "Забайкалье" и повел его в порт. Когда он был вблизи нашего теплохода то хорошо различалось название — "Сибирь"...

Дело в том, что после разоблачения пресловутого "культа личности" и разгрома не менее пресловутой "антипартийной группировки" у нас ус роили вторую кампанию по переименованиям (первая состоялась в 20-е годы). Тогда "И.Стапин" стал "Сибирью", "В Молотов" — "Адмиралом Макаровым", а "Л.Каганович", не без некоторой пикантности, — "Дцмиралом Лазаревым". Кстати, тогда же черноморский крейсер "Молотов" (напомним, 1 -го зама предсовмина звали Вячеславом Михайловичем) превратили просто в "Славу"...

Модернизировали только головной ледокол этой серии, остальные продолжали работать на угле до тех пор, пока не пришло время подавать в отставку.

В 1960 г. списали "АМикоян", через 6 лет та же участь постигла "Адмирал Макаров", спустя два года закончил службу "Адмирал Лазарев", незадолго до этого угодивший на мель в Восточно-Сибирском море и сильно повредивший корпус.

Последним вывели из эксплуатации ледокол "Сибирь" — в 1972 г. ее передали сахалинским геологам, превратив в плавучую техническую базу исследователей континентального шельфа. На этом завершилась история паровых линейных ледоколов "русского типа" в отечественном флоте... ■

Игорь БОЕЧИН

ТЕХНИКА-МОЛОДЕЖИ 5 ' 9 5

27

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?